Как сообщает ЦТАК, Южная Корея теперь официально объявлена вражеским государством.
Ранее на уровне законодательства говорилось о едином корейском народе, с прицелом на будущее объединение стран. В новой же редакции документа отношения между КНДР и Южной Кореей трактуются как межгосударственные и конфликтные.
Всё это состыкуется с недавними заявлениями Ким ЧЕн Ына, который называл Южную Корею главным противником КНДР.
Ведущий научный сотрудник Центра корейских исследований Института Дальнего Востока РАН Константин Асмолов заявил Metro, что информация о возможной конституционной реформе в КНДР – неполная и фрагментарная. Главная проблема – нет официального текста новой конституции.
– Пока сам текст конституции с поправками публике не представлен, а сообщения северокорейских источников носят общий характер, делать какие-либо глубокие выводы преждевременно, — подчеркнул эксперт.
Говоря о новых резких заявлениях КНДР о Южной Корее, эксперт отметил, что ничего нового в них нет.
– Северокорейское руководство исходит из того, что Южная Корея не полностью самостоятельна в принятии решений и во многом ориентируется на США. Кроме того, в Пхеньяне считают, что даже при смене власти в Сеуле принципиальных изменений в отношении к КНДР обычно не происходит, — отметил спикер.
Отвечая на вопрос о перспективах объединения КНДР и Южной Кореи, Асмолов выразил скепсис. По его словам, подходы сторон к этому вопросу сильно разнятся.
– В южнокорейской трактовке объединение фактически означает интеграцию КНДР в существующую государственную систему Республики Корея. В Пхеньяне это воспринимается как утрата государственности. Фактически, это поглощение Сеулом всей территории Корейского полуострова, — пояснил он.
Асмолов добавил, что последние годы в КНДР считают Южную Корею отдельным государством – и это даже хорошо.
– Если раньше обе стороны рассматривали друг друга как часть единой страны, временно находящейся под "чужим управлением", то сейчас всё больше закрепляется модель существования двух отдельных государств, — отметил эксперт. По его оценке, это даже снижает риски крупного конфликта, ведь идея "обязательного воссоединения" уже не столь сильна, как прежде.