Как пишет Daily Mail, в 2004 году Эрнестина и её муж Самуэль переехали в Великобританию из родной Ганы. Они тайно перевезли с собой 14-летнего ребёнка, пообещав ему дать образование и работу. Но вместо этого заставляли девочку готовить и убирать в их доме, а также нянчить их детей.
Рабыне запретили ходить в школу, заводить друзей. Она носила обноски. Лишь раз ей купили футболку, но с надписью: "Моё второе имя – сука". Ей не заплатили ни пенни.
Это истязание длилось полтора года. Подростку удалось сбежать, когда потребовалась медпомощь. Она рассказала полицейским и соцработникам, что в какой-то момент пришла в такое отчаяние, что задумалась о самоубийстве.
Когда в дом Куайну нагрянула полиция, Самуэль заявил, что ребёнок... просто наложил на него и жену заклинание вуду, причём ранее его уже судили за дачу ложных показаний.
В 2008 году Эрнестину и её мужа осудили. Самуэлю дали 18 месяцев, жена отделалась условным сроком "за содействие незаконной иммиграции в Великобританию".
Спустя много лет, в 2019 году, Эрнестине удалось устроиться в школу педагогом, при этом в анкете она не стала указывать, что у неё была судимость. Однако коллега Куайну в 2022 году увидела в газете репортаж, в котором сообщалось о том, что Эрнестина – рабовладелица. И тогда она сообщила об этом руководству школы.
Выяснилось, что во время собеседования на должность классного руководителя в начальной школе Куайну не стала указывать о судимости. В итоге её взяли на работу в качестве педагога. А когда вскрылась история с рабовладением, её отстранили от преподавательской деятельности, после чего она уволилась. Работодатели Эрнестины не успокоились и передали дело в Агентство по регулированию преподавательской деятельности.
Закон о реабилитации правонарушителей даёт возможность людям с погашенными судимостями не раскрывать информацию о преступном прошлом при приёме на работу. Поэтому Куайну, заполняя анкету, и не стала сообщать о своём пикантном прошлом.
Правда, чуть позже она всё же указала, что была осуждена за "содействие незаконной эмиграции", при этом отметила – всё было по взаимному согласию, человек жил с ней "как член семьи".