Трое благообразных крестьян в щегольских смазных сапогах степенно беседуют сидя за столом, на котором стоят огромный чайник и стопка блинов. Именно так в представлении борцов за трезвость в начале XX века должен был выглядеть идеальный досуг не только сельского жителя, но и горожанина.
Однако крестьяне не просто так изображались на плакатах, выпускаемых обществами трезвости.
– В конце XIX века население городов в Российской империи демонстрирует очень быстрый прирост, – говорит доктор исторических наук, один из авторов исследования "Повседневная жизнь русского кабака от Ивана Грозного до Бориса Ельцина" Игорь Курукин. – Крестьяне массово перебирались в города, а привычки, усвоенные в деревенской жизни, оставались. Самая пагубная среди них – свободное время проводить в трактире.
Несмотря на разнообразие городского досуга, трактир для вчерашнего хлебопашца оставался главным.
– В балет, театр, на концерт крестьянина не пускали, поэтому оставался только трактир. Там напивались и устраивали безобразия, – объясняет ситуацию Курукин.
Тяжеловесы общественного мнения били тревогу. "...с каждым годом всё больше и больше распространяется употребление спиртных напитков и происходящее от него пьянство. Заразная болезнь захватывает всё больше и больше людей: пьют уже женщины, девушки, дети", – писал Лев Толстой в начале прошлого века. Попечительство о народной трезвости, в составе которого было несколько тысяч человек, решило ситуацию переламывать. Уже в течение первого года своего существования оно открыло 13 народных домов в разных частях столицы, преимущественно на окраинах рабочих кварталов. Там устраивали чайные и читальни, проводили концерты и ставили театральные пьесы, в которых принимали участие артисты театров Москвы. Была также открыта лечебница для алкоголиков и контора для найма рабочих, ночлежный приют на Хитровом рынке – самом злачном месте Москвы в начале прошлого века.
– Резко ограничить производство и продажу водки правительство не могло без риска огромного бюджетного дефицита, поскольку казённая винная монополия давала до трети всех доходов. Если в 1900 году чистый доход от монополии составлял 188 миллионов рублей, то в 1913-м уже 675!
Вместе с тем, уверен историк, наличие альтернативы водки всегда лучше, чем её отсутствие. С ним согласен и психиатр, нарколог Василий Шуров.
– Разумеется, когда есть выбор, человеку проще справляться со своей зависимостью. Он не мается от скуки, ему есть куда пойти, удаётся избежать срывов. А употребление чая, да ещё и в компании, способно дать положительные эмоции, – объясняет Василий Шуров.
Попечительство работало до 1917 года, а потом начались такие события, что стало не до борьбы с пьянством.
