Делал всё, чтобы спасти Ми-6
Как и нынешнее, лето 1967 года во Франции выдалось очень жарким и засушливым. Юг страны — курортный регион, включая Лазурный Берег, – был охвачен пожарами. Ситуация была настолько серьёзной, что правительство Пятой республики обратилось за международной помощью.
В числе тех, кто откликнулся, был и СССР. Для тушения пожаров отправили самый большой на тот момент вертолёт в мире — Ми-6 специальной модификации, предназначенной для эффективной борьбы с пламенем. В грузовом отсеке этой машины была установлена ёмкость, куда помещалось 12 тонн воды.
Ми-6 ранее уже показывали на международном авиасалоне в Ле-Бурже. Один из тех, кто "учил" летать эту машину, был испытатель Юрий Гарнаев.
— Отец никогда не был авантюристом, и, как он считал, идти на риск можно только в случае, если он оправдан. Риск для лётчика-испытателя не азартная игра, а работа, – говорит Metro Александр Гарнаев, Герой России, заслуженный лётчик-испытатель.
То же было и в его последнем полёте. Как потом показало расследование, находясь над очагом пожара, корпус необычного вертолёта стал быстро нагреваться. Винтокрылая машина начала падать.
— Установили, что отец до последних мгновений делал всё, чтобы вывести её из опасного положения, – продолжает Гарнаев-младший. – Он до конца верил в себя и технику. Увы, наиболее вероятную причину катастрофы — разрушение в полёте привода хвостового винта – исключили сразу. Это было сделано по политическим причинам: в глазах капиталистического мира советская техника не может быть ненадёжной.
Траектория движения машины полностью соответствовала траекториям вертолётов с аналогичными авариями, но... политические интересы оказались важнее. Одной из версии катастрофы была даже диверсия.
На прощание с Юрием Гарнаевым в Советском Союзе пришли сотни людей, в том числе Юрий Гагарин и Алексей Леонов. Первый космонавт погибнет всего через полгода после Гарнаева...
Юрию Александровичу поставили памятник на Новодевичьем кладбище. А в коммуне Ле-Ров на юге Франции погибшему экипажу был установлен памятный знак.
Гагарин приходил к Гарнаеву домой
— Отец вообще был уникальным пилотом, – рассказывает Александр Гарнаев. – Во время своей работы в ЛИИ имени Громова он пилотировал не только вертолёты, но и самолёты. За свою лётную жизнь отец освоил около 90 летательных аппаратов. Среди них – все первые модели отечественных вертолётов: Ми-1, Ми-4, Ми-6, Ми-8. Кроме этого, он поднимал в воздух межконтинентальный ракетоносец Ту-16, истребитель МиГ-21 и другие машины.
По его словам, хотя на момент трагедии во Франции он ещё даже не пошёл в первый класс, отца помнит – и каждый день к нему мысленно обращается.
— Помню, когда мне было четыре года, сидим мы вдвоём с папой дома. Он уютно развалился на диване и катает меня на ножке. Вдруг раздался телефонный звонок: "У Гудкова встал двигатель! Он пошёл на вынужденную..." Отец быстро сорвался и поехал на аэродром. Меня оставить дома было не с кем, так он взял меня с собой — и я впервые попал на лётное поле нашего испытательного аэроузла в Жуковском, — вспоминает Александр Гарнаев.
По его словам, среди друзей семьи было и немало космонавтов.
— У отца были хорошие отношения с Юрием Гагариным, который бывал у нас дома. Отец принимал участие в подготовке космонавтов к полётам, — рассказал Александр Гарнаев.
Впоследствии Алексей Леонов, который первым совершил выход в открытый космос, вспоминал, как Гарнаев учил садиться на Луну участников советской лунной программы. По словам Леонова, по расчётам конструкторов, больше всего на прилунение была похожа посадка на вертолёте. Управлять винтокрылой машиной будущих покорителей нашего спутника учил как раз Юрий Гарнаев. Он же освоил и пилотирование "Турболёта".
Этот летательный аппарат трудно с чем-то сравнить. Сам Гарнаев говорил о нём так: ни крыльев, ни винтов, ни мотора! Даже опытные испытатели побаивались "Турболёта". Этот необычный аппарат, управление которым осуществлялось с помощью газовых струй, на которых он мог зависать над землёй, предназначался для отработки технологии вертикального взлёта и посадки. В том числе и на лунную поверхность.
Гарнаев быстро освоил новую технику и смог поднять "Турболёт" не на два метра, как рекомендовалось при проведении испытаний из соображений безопасности, а на десять!