– Я очень рад, что наконец-то смог сделать нечто полностью своё, своими руками, – признался 28-летний художник. – Вообще, стараюсь реализовать себя независимо от имён и регалий близких. Хотя, конечно, принадлежность к такой семье помогает в каких-то личных обстоятельствах – это очень мощная опора. Я всегда помню, кто мои бабушка и мама, и не могу их подвести ни при каких условиях – они должны мною только гордиться.
Кстати, родственники обычно первыми оценивают новые работы Дени.
– Даже если они не очень хорошо разбираются в искусстве, то всё равно проявляют к моим картинам безумный интерес! Просто потому, что это мои любимые люди. И у меня получилось привить им эту любовь. Они всегда мои первые зрители, – улыбается Байсаров.
Он признаётся, что всю жизнь жил с ощущением: его семья – непростая, к ней всегда приковано особое внимание публики и журналистов. И Дени поэтому рассматривают под микроскопом.
– Чёткое осознание того, что меня окружают особенные люди, пришло примерно лет в пять, – вспоминает Дени. – Именно тогда я начал слушать диски мамы и Аллы. Это был старый плеер: надевал наушники, ходил, слушал и подпевал. В школе на переменах тоже не расставался с их музыкой. Я гордился тем, что у меня такая семья.
К счастью, в элитных учебных заведениях, где учился Дени, никто не акцентировал внимание на его именитых родственниках – Народных и Заслуженных артистах.
– В младших классах я не ощущал особого внимания к своей персоне. Ну а потом все тактично отнеслись ко мне – никакого повышенного интереса только из-за того, что я чей-то сын или внук, не было, – заверил он.