В выставочном зале Успенской звонницы Московского Кремля стоит большое вогнутое сферическое зеркало. Ему почти 300 лет, и отполировал его, как гласит гравировка на обороте, "собственным тщанием" в августе 1733 года Яков Брюс, прямой потомок шотландских и ирландских королей и ближайший сподвижник Петра I. Об этом удивительном человеке и решили рассказать на нынешней выставке в Кремле, так её и назвав — "Яков Брюс: шотландский гений Петровской эпохи".
Фамилию Якова Брюса в Москве слышали все: протянувшийся от Тверской улицы прямо до Московской консерватории Брюсов переулок носит именно её. Правда, появился переулок уже после смерти героя этой истории и связан с другим Яковом Брюсом, его полным тёзкой и внучатым племянником, который унаследовал его земли и был генерал-губернатором Москвы и Санкт-Петербурга. Прямое отношение к сподвижнику Петра имеет чудом сохранившаяся, хоть и претерпевшая изменения, усадьба в подмосковных Глинках, которую Брюс, судя по всему, спроектировал сам. В Глинках Яков Брюс и полировал это самое зеркало и смотрел по ночам в свои 17 телескопов, заслужив среди местных крестьян славу колдуна и чернокнижника. О Брюсе могла бы напомнить и Сухарева башня, в которой находилась возглавляемая им Школа математических и навигацких наук, если бы её не снесли в 1934 году при строительстве проспекта Мира.

По большому счёту исчезновение Сухаревой башни как памяти о Якове Брюсе мало что значит в сравнении с тем, что он оставил. В числе его заслуг и детищ — русские артиллерия и флот; научная революция, которую он продвигал в России; создание основ промышленности да и само по себе именование России империей, а Петра — императором после Ништадтского мирного договора, под которым стоит именно его, Якова Брюса, автограф и печать. И это лишь часть обобщённых описаний фактов его интереснейшей биографии, о которой рассказывают в двух выставочных залах Музеев Московского Кремля.
— Мы хотим показать путь становления совершенного офицера и джентльмена на русской службе, — рассказывает куратор выставки, доктор исторических наук Ольга Дмитриева, раскрывая панораму сокровищ, собранных на выставку в Кремле из нескольких музеев и архивов страны.
Яков Брюс — потомок военных шотландцев, которые появились на Руси ещё при Иване Грозном и которых здесь значительно прибавилось после гражданской войны, казни короля Карла I Стюарта и установления протектората Кромвеля в Англии, чью власть они не признали. Шотландских воинов ценили в русской армии: дядя Якова возглавлял псковский полк в чине генерал-майора, а отец дослужился до полковника и погиб в одном из азовских походов царя Алексея Михайловича. В конце концов, в восшествии молодого Петра на престол тоже важную роль сыграли шотландцы: когда царевна Софья попыталась отстранить его от власти, он укрылся в Троице-Сергиевой лавре, куда прибыл верный ему Бутырский полк под командованием шотландца, генерала Патрика Гордона. Под знамёнами полка прибыли и братья Роман и Яков Брюсы. Впоследствии Гордон готовил Преображенский полк, став крёстным отцом петровской гвардии, и оставил удивительным образом сохранившийся до наших дней многотомный дневник, в котором есть запись о визите Петра на свадьбу к Якову Брюсу в Немецкую слободу.

Род Брюсов восходил к нормандским баронам, появившимся в Англии в XI веке вместе с Вильгельмом Завоевателем. К нему принадлежал шотландский король Давид I Святой (XII в.). В XIV в. Роберт Брюс, возглавивший борьбу скоттов за независимость от Англии, был провозглашён королем Шотландии Робертом I. Его брат, Эдуард Брюс, граф Керрик, стал королем Ирландии в 1316 году. От него и произошла ветвь, к которой относились и русские Брюсы. Они состояли в родстве и с династией Стюартов, сменившей Брюсов на шотландском престоле, а с 1603 года занявшей английский трон. Родовым гербом Брюсов был щит с девизом Fuimus (лат. "Мы были королями").
С тех пор шотландец сопровождал царя в его делах и свите. Он был действительно незаурядно одарён: по масштабу научных интересов и познаний рядом с Яковом Брюсом ставят разве что Михаила Ломоносова. Пётр забирает владеющего несколькими языками шотландца с собой в Великое посольство. "Якушка" Брюс сопровождает царя везде: в корабельных доках, на заседаниях английского парламента, на монетных дворах и в Оксфорде. Более того — покидая Англию, царь оставил там Брюса, чтобы он закончил курсы математики и астрономии, которые ему давали известный математик Колсон и королевский астроном Флемстид. Есть версия, что Брюс встречался и с Ньютоном, первым проводником идей которого в России он стал после возвращения домой.
Именно в силу интеллектуальной незаурядности Брюсу была по силам стремительная смена занятий, которой его постоянно озадачивал молодой неугомонный царь. Сегодня Яков Брюс кавалерист, а уже через год он выполнил задание Петра построить первый русский торговый корабль в Архангельске, а ещё через два года первые русские военные корабли помогают взять крепость Азов, и 25-летний Яков Брюс получает чин полковника. К слову, в военных походах Брюс параллельно успел составить ещё и первую точную карту территорий от Москвы до Северного Причерноморья, разошедшуюся по Европе.

В 35 лет Яков Брюс получает титул генерал-фельдцейхмейстера или, попросту говоря, становится главным по делам русской артиллерии, которая его стараниями превращается в сильнейшую в Европе. А ещё через пять лет эта артиллерия разгромила шведского короля под Полтавой, и на забавной аллегорической картинке в честь этой победы среди группы сторонников Петра первым изображён Яков Брюс с зажжённой бомбочкой в руке.
Сегодня, в период обострения угрозы России на Балтике, особенно интересно увидеть в витринах выставки подлинник Ништадтского мирного договора, подписанный в 1721 году после победы России в Северной войне и закреплённый подписью и печатью Якова Брюса. Четырёхмесячные переговоры стали вершиной дипломатической карьеры Брюса. Вместе с графом Остерманом он добился от шведской стороны чрезвычайно выгодных для России территориальных уступок: мы получили в вечное владение Лифляндию, Эстляндию, Ингерманландию, часть Карелии с Выборгом, балтийские острова, выход в Балтийское море. Победу праздновали несколько недель.
— По улицам шли триумфальные процессии и маскарадные шествия с бутафорскими кораблями, и самым красивым из них, по описанию мемуариста, был ботик Якова Брюса, — рассказывает Ольга Дмитриева.

Шотландский орден Чертополоха и русский орден Св. Андрея Первозванного – что общего?
Согласно легенде, христианский апостол и мученик Андрей Первозванный, покровитель Шотландии, был распят на косом кресте. Именно его образ можно увидеть на шотландском ордене Чертополоха, а изображение косого креста – на флаге Шотландии. Однако то же самое можно увидеть и на русском ордене Св. Андрея Первозванного и флаге Военно-морского флота России, который так и называется – Андреевским. Российские орден и флаг появились после Азовского похода и Великого посольства (1697–1698), когда шотландское окружение оказывало заметное влияние на царя. В ходе визита Петра в Англию орден Чертополоха был "спящим": в него перестали принимать после свержения короля-католика Якова II Стюарта, которого московские шотландцы, включая Патрика Гордона и семью Брюс, считали законным королём. Якобиты, как прозвали сторонников свергнутого монарха, хранили реликвии Стюартов, поддерживали международные связи и вынашивали планы вторжения на Британские острова (этого, кстати, зная о шотландцах возле Петра, страшно боялся английский король Георг I после победы России над Швецией и науськивал шведов не подписывать мир). Поэтому, когда Пётр выбрал патроном своего ордена святого Андрея, для московских якобитов это было символическим восстановлением преемственности с рыцарскими традициями их исторической родины. Интересно, что кроме образа св. Андрея и косого креста, также полностью были схожи официальные цвета и орденские одежды кавалеров шотландского и русского орденов: в обоих случаях это было белое платье, зелёная мантия и чёрная шляпа с белым плюмажем.
После смерти Петра Яков Брюс отстранился от политической борьбы, подал в отставку и вернулся в Москву, где родился и где прошла его юность. Он отдал своему патрону последнюю дань: учредил Печальную комиссию и разработал церемониал проводов русского императора в последний путь — сложный и зрелищный ритуал, который длился несколько недель. В подмосковных Глинках оставшиеся ему 8 лет жизни Брюс провёл среди любимых занятий наукой. В усадебном доме он устроил обсерваторию, физические и химические лаборатории и вёл научную переписку с ведущими учёными современности, включая крупнейших математиков Готфрида Лейбница и Леонарда Эйлера. Яков Брюс был популяризатором многих новых научных идей, среди которых в первую очередь гелиоцентрическая модель Вселенной. Трактат об этом он перевёл на русский язык — и это был далеко не единственный его перевод за всю его жизнь передовых научных трудов.

После смерти Брюса в долгий путь из Глинок в Петербург, в Академию наук, отправились 30 лошадиных подвод с его библиотекой из более чем 2 тыс. томов на 13 языках (не считая русского), кабинет редкостей, нумизматика и научные инструменты, которые позволили ещё долго не выписывать российским учёным оборудование и книги из-за рубежа. И ещё дольше в Москве, пока стояла Сухарева башня, людям нравилось говорить, что в её стенах до сих пор замурованы колдовские книги чародея Якова Брюса, который сам полировал зеркала для своего телескопа и не спал по ночам, заглядывая через него во Вселенную.
