Атомная субмарина патрулировала в районе Бермудских островов, когда на борту произошёл взрыв. Уже на следующий день "Известия" сообщили о ЧП. Это был первый случай, когда Советский Союз открыто признал, что его атомный подводный корабль терпит аварию.
При этом за сухими сводками скрывались человеческие трагедии.
Холодная война раскалила обстановку
В то время Игорь Курдин был старпомом своего тёзки Британова, командира К-219. В роковом рейсе Курдина не оказалось, так как часть экипажа заменили из-за больших нагрузок. И всё — из-за холодной войны.
— В середине 80-х, в ответ на размещение США крылатых и баллистических ракет в Европе, атомные силы Северного флота приблизили районы боевого патрулирования непосредственно к побережью США. Это делалось для того, чтобы уравнять подлётное время наших ракет до основных целей на американской территории с подлётным временем американских крылатых ракет в Европе до нас, — рассказал Metro Курдин.
Советские лодки совершали тогда до двух-трёх боевых выходов в в год. Ресурс техники дошёл до предела своих возможностей. Люди тоже работали на износ — две-три боевых службы в год, неиспользованные отпуска, кадровая чехарда. Стало нормой, что экипажи выходили в море не на своих "родных" кораблях.
В этих обстоятельствах о сплаванности экипажей не могло быть и речи. А ведь управлять нужно было атомной субмариной.
— Чтобы понять, что такое подводная лодка, представьте себе вытянутую железную банку, битком набитую сложнейшей техникой и людьми, которые её обслуживают, — рассказывает Metro писатель-маринист, автор повести "72 метра", бывший подводник Александр Покровский. — Эта техника периодически отказывает, ломается, горит, а люди её ремонтируют, на ходу вводят в строй, и служат рядом с ней месяцами. Это должны быть тщательно отобранные профессионалы...
И всё же на борту К-219 оказались настоящие герои.
Отдал жизнь ради людей
Это была 13-я боевая служба К-219, она же и последняя... Перед походом заменили треть офицеров и мичманов. Планировались 3 месяца боевого патрулирования. Лодка должна была обогнуть Скандинавию и прибыть в Западную Атлантику.
Субмарина считалась проблемной, её уже думали списывать. Уже было известно, что шестая шахта небезупречна, из-за негерметичной крышки в неё поступала забортная вода. Жидкость могла вступить в опасную реакцию с компонентами ракетного топлива, спровоцировать выброс ядовитых паров, что увеличивало риск взрыва.
Когда матросы обнаружили течь, то стали вычерпывать воду вручную... Но это не уберегло лодку: спустя почти месяц после начала похода произошёл взрыв.
Субмарина всплыла, в повреждённых отсеках начался пожар.
Спустя сутки после аварии пропало питание электросети правого борта, из-за чего сработала аварийная защита реактора, но компенсирующие решётки не опустились в нужное положение. В этом случае единственным вариантом заглушить реактор было опустить их вручную, для чего члены экипажа должны были войти в реакторный отсек и при помощи специальных рукояток перевести решётки в нужное положение.
Командир отсека, старший лейтенант Николай Беликов, и 20-летний матрос Сергей Преминин вошли в выгородку одного из реакторов, чтобы вручную опустить компенсирующие решётки. Температура в камере достигала 70 °C. Вместе они поочередно опустили 3 из 4 компенсирующих решёток. Беликов потерял сознание, его вынесли из камеры. А Перминин остался там...
Ценой своей жизн 20-летний матрос спас мир от катастрофы! Если бы реакторы перегрелись и произошла тяжёлая ядерная авария, радиоактивное загрязнение могло попасть в Гольфстрим и распространиться по всей Атлантике.
Герой был родом из Вологодской области. Учился в школе города Красавино, а по окончании восьми классов — в СПТУ № 4 речного флота в Великом Устюге. Его призвали в ВМФ СССР 24 октября 1984 года, а с ноября он уже проходил обучение в Северном флоте, затем стал трюмным машинистом.
Бывший командир К-219 Игорь Британов рассказал Metro, что с виду это был обычный худенький паренёк. Губительный рейс стал его второй "автономкой"... Он был посмертно награжден орденом Красной Звезды, а в 1997 году, указом президента Бориса Ельцина, стал Героем РФ.
Вместе с ним на борту погибли командир БЧ-2 (ракетной), капитан 3 ранга Александр Петрачков, матрос Николай Смаглю, машинист Игорь Харченко.
Они так и остались на той лодке, которая затонула 6 октября — спустя три дня после аварии.
Курсанты уже не в курсе
— Обсуждалась версия, что причиной разрушения ракетной шахты могло быть столкновения с американской лодкой USS "Augusta" (SSN-710), —говорит Курдин. — Американцы заявили, что лодки не сталкивались. И я склонен этому верить. Более того, это подтверждает и внутреннее расследование, проведённое в Советском Союзе. При этом случаи столкновения лодок под водой действительно были. С учётом того, что в подводном положении они движутся с небольшими скоростями, "Аугуста", которая была в районе К-219, действительно сталкивалась с другими нашими лодками. Но в той аварии она виновата не была.
По словам капитана первого ранга (в запасе), он недавно встречался с курсантами, будущими подводниками.
— Увы, об аварии на К-219 они сегодня очень мало знают, — сетует Курдин. — Это неправильно. Иначе как можно учиться на ошибках? Такого не должно быть, иначе жертва четырёх моряков, погибших на К-219, будет напрасной....
Курдин добавил, что спустя некоторое время после аварии, когда он уже был командиром лодки, на учения своего экипажа приглашал и тех, кто был на К-219.
— Они стояли за спинами моих людей и говорили на разборе, где ошиблись, что делали не так... В течение нескольких лет мой экипаж был лучшим на Северном флоте по борьбе за живучесть. Это я считаю главным своим командирским достижением.