Пару недель назад из Музея Рене Лалика во французском Эльзасе были похищены 27 украшений, созданных гениальным художником и ювелиром на рубеже XIX – начала ХХ века. Некоторое время назад дерзкая кража украшений французских монархов произошла в Лувре, после чего в Музее Лалика были усилены меры безопасности. Но, судя по всему, это не помогло. 5 июля в полшестого утра в музее сработала сигнализация, уборщица вызвала полицию, но к моменту её приезда след грабителей давно простыл. Общая стоимость кражи оценена в 4,5 млн евро.
И вот спустя две недели внимание прессы привлекла супруга главы киевского режима Елена Зеленская. Она попала в объектив французских фотографов и операторов на очередном слёте "Коалиции желающих" в украшении, полностью идентичном одной из похищенных ценностей, – подвеске в виде женщины-стрекозы. Подвеску называют одной из самых дорогих украденных вещей. Рене Лалик создал её в 1898 году, и её стоимость после кражи оценили в 800 тыс. евро.
Украинские источники называют эту историю фейком. Музей Лалика никак не комментирует кражу и связанные с ней новости. Западная пресса тоже молчит, и только британская телекомпания ВВС выпустила сюжет, в котором задалась вопросом: как украшение Лалика оказалось у Зеленской? Пока французские полицейские вместе с британскими журналистами ведут расследование, разберёмся, почему всего лишь какая-то подвеска без огромного количества драгоценных камней стоит почти миллион и в чём исключительность Рене Лалика.
Вот уже столетие Рене Лалик (1860–1945) остаётся самым дорогим ювелиром мира. И это при том, что он совсем не увлекался золотом и бриллиантами и создавал свои шедевры из материалов на много порядков дешевле: эмали, стекла, кости, кораллов, опалов. Драгоценные камни он использовал, только если они отвечали его идее. Творческие находки и гениальность ювелира определили основные мотивы и стиль ар-нуво, поэтому Лалик считается главным художником этой эпохи и поэтому его произведения ценятся так высоко.
Как Лалик сам полушутливо говорил, его интересуют три F: femmes, flore, faune, то есть женщины, флора и фауна. Переплетения связанных с этими словами мотивов и создали шедевры, за которыми по сей день охотятся коллекционеры и воры со всего света.
Стрекоза – один из излюбленных мотивов художника. Он часто соединял стрекоз с женскими образами, прямо намекая на то, что объединяет это насекомое и женщину: красота, хрупкость и скрытая угроза, ведь стрекоза, как и женщина, согласно принятой в эпоху ар-нуво идеологии, – это хищники. Сочетающие привлекательное и отталкивающее украшения Рене Лалика отражали ощущение тревоги, двойственности и смертности, которое переживали все в это время и которое стало, в конце концов, одной из главных черт ар-нуво.
Самая известная из женщин-стрекоз Рене Лалика хранится в Музее Гюльбенкяна в Лиссабоне. Это корсажное украшение, которое Лалик создал ко всемирной выставке в Париже в 1900 году. Спустя три года армяно-британский нефтяной магнат и коллекционер Калуст Гюльбенкян приобрёл его у самого мастера. До этого украшение из золота, эмали, халцедона, лунного камня и бриллиантов успело украсить не только выставку, но и побывать на платье актрисы Сары Бернар.
Нельзя сказать, что гений Рене Лалика встречали на ура все его современники: признанные ювелиры, вроде Луи Картье, наотрез отказывались признавать его достижения, поскольку ювелирное искусство, в их понимании, предполагало использование только драгоценных материалов.
Что касается истории стрекозы, похищенной из Музея Лалика в Эльзасе, то о ней известно крайне мало. Она была создана в период расцвета творческого гения Рене Лалика: в 1898 году он был известен и не беден, со своим собственным магазином в престижном парижском районе Опера. Критика современников, уверенных, что его украшения из кости и эмали уйдут в историю вместе с ним, его не волновала: в конце концов, он их всех пережил, сумев приспособиться и к концу эпохи ар-нуво. Во вторую половину своей жизни он переключился на производство стекла, тоже создав в этой сфере шедевры (многие парфюмерные компании во Франции до сих пор выпускают духи во флаконах по его дизайну). Любое произведение Рене Лалика до сих пор поражает изяществом, чёткостью замысла и тонкостью линий.