Изначально этот дом 1928 года постройки был пятиэтажным, но в начале 2000-х его надстроили четырьмя этажами, три из которых под пентхаус и мастерскую купил Никас Сафронов. У него здесь – 17 комнат, а их площадь превышает 1000 квадратных метров. Повсюду – не только картины самого Сафронова, но и исторические сокровища.
– Вдова актёра Бориса Чиркова продавала книги, я пришёл к ней, а она, поскольку была полная и плохо ходила, попросила меня подойти к шкафчику и достать оттуда одну вещь. Я достал, открыл коробку, а там – яйцо. Я как-то случайно сильно его сжал и раздавил. Оказалось, это яйцо, которое в Витебске расписал Марк Шагал и подарил его Чиркову. Вдова предложила просто выкинуть осколки. А я забрал их, взял реставратора и восстановил яйцо. Позже экспертиза оценила его в 350 тысяч евро.
Среди других ценных предметов – антикварная мебель. "У меня есть кресло настоящего кардинала, стол Наполеона Бонапарта, кровать Марии-Антуанетты (казнённая в 37 лет королева Франции. – Прим. ред.) того периода, когда она маленькая жила в Австрии (была младшей дочерью австрийского императора Франца I. – Прим. ред.), наброски Карла Брюллова, небольшие картины и этюды Константина Маковского, даже есть картина неизвестного автора XIII века, когда писали ещё не на холсте, а на коже. Но нет случайных вещей – у всего есть своё назначение. Я не держу ничего лишнего, у меня – не склад с этикетками".
Возникает логичный вопрос: кому достанутся эти сокровища, когда Никаса Сафронова не станет. Ведь только квартира в Брюсовом переулке столицы стоит более 7 миллиардов рублей, что уж говорить о хранящихся там реликвиях! "Я, конечно, хочу всё это оставить городу, стране, оставить как музей, чтобы люди смотрели на то, что когда-то было сделано, и учились, – говорит художник. – Мои дети не будут против, они изначально знали, что это будет музей. Но важно всё грамотно организовать, может, создать какой-то фонд, чтобы то, что есть тут, не растянули, как вышло с домом Александра Пороховщикова на Арбате (актёра не стало в 2012 году. – Прим. ред.)".