Узнав, что сериал, на съёмках которого мне предстоит побывать, имеет отношение к научной фантастике и действие его происходит пусть и в недалёком, но всё-таки будущем, я сразу же представила себе какие-то ультрасовременные локации в стиле хай-тек. Каково же было моё удивление, когда нас, журналистов, привезли в целое старинное поместье – усадьбу Воронцовой-Дашковой начала прошлого века, где главной съёмочной площадкой оказался величественный особняк с высоченными колоннами и суровыми каменными львами, охраняющими центральный вход.
По сюжету здесь находится санаторий, в котором тестируется экспериментальная программа с использованием новейшей отечественной разработки – ИИ-терапии "ЛИДА" (Лиминальный индивидуальный диагностический алгоритм). Это российская ИИ-технология, призванная помочь специалистам-психотерапевтам работать с глубинными слоями психики пациентов, точно выявляя причины травматических состояний и исцеляя их.
Руководит этим заведением главврач Горинова (Ксения Кутепова), а первыми участниками программы становятся семь добровольцев с различными психологическими травмами. Среди них: режиссёр "в кризисе жанра" Эдик (Кирилл Батишта), заикающийся писатель-интроверт Даня (Сергей Двойников), "мажор" Никита (Ян Сибряев), страдающий ПТСР бывший полицейский Артём (Григорий Чабан) и три девушки: замешанная в убийстве жена олигарха Катя (Софья Лебедева), находящаяся в депрессии из-за развода Аня (Марьяна Спивак) и просто переживающая, как она думает, трудный возраст Даша (Дарья Верещагина).
Внезапно по ходу терапевтического процесса при таинственных обстоятельствах гибнет один из пациентов. Для того чтобы разобраться в этом деле не вынося сор из избы, в санаторий приглашают следователя Трофимова (Сергей Юшкевич). И этот поворот сюжета моментально превращает научно-фантастический сериал в психологический детективный триллер.
Сегодня же снимается сцена, где все пациенты ещё живы и сидят за обеденным столом. Кто-то молча ковыряется в своей тарелке, кто-то, как Даша, делает из салфеток самолётики и запускает их в люстру, но атмосфера напряжена, и чувствуется, что назревает конфликт.
Сначала "языками сцепляются" Артём и Эдик, выясняя, что лучше помогает от депрессии – запой или всё-таки терапия – и вообще кто и зачем сюда попал.
– Я не столько из-за себя, сколько из-за Дани пришёл. Человек гениальный роман написал, детектив. Сейчас сценарий пишет, Бог даст, четвёртый фильм у нас будет, – говорит Эдик. – Прикинь, человек пишет гениальные романы, работает охранником и считает, что у него всё отлично. Это я его сюда притащил.
− Мне очень п-п-первая сессия п-п-помогла, – заикаясь вступает в беседу Даня. – Стало как будто свободнее и легче.
− А по девчонкам так и не скажешь. Чего приуныли, девчонки? Вас, надеюсь, не накрыло, как этого мажора вчера? – обращается к женской половине стола Эдик.
− Про что роман? – интересуется Артём.
− Там как "Семь" Финчера, только намного круче, – восторженно рассказывает Эдик. – Главный герой – маньяк, врач на скорой, он приезжает к своим пациентам, перегружает им чип и убивает. У пациентов башка лопается, всё в кровище, подозрений ноль. Хрен поймёшь, кто убил!
− Можно не вибрировать, можно поесть нормально? – наконец отрывается от тарелки Никита.
− Никита, может быть, вам отдельную столовую? Или отдельную "ЛИДУ", может быть? – язвит Катя.
− А тебе что, идея не понравилась? Не пошёл бы на такой фильм? – спрашивает Никиту Эдик.
− Чувак, а ты знаешь, ты правильно сделал, что в "ЛИДУ" пришёл, может быть, хоть она тебе объяснит, что ты не большой русский режиссёр и что твои фильмы обламывают свидания, как мне, например, что снимать их было бы большим преступлением, тем более за мои налоги, – взрывается Никита.
После чего оскорблённый подобной оценкой своего творчества Эдик набрасывается на него, а далее столовую сотрясает истеричный крик Кати...
− Стоп. Снято, – командует режиссёр Овез Нарлиев, и это вовсе не означает, что дубль будет последним. Пытаясь довести до совершенства каждую сцену, постановщик снова и снова вызывает ребят на исходную. Но наконец объявляется перерыв на обед и появляется возможность пообщаться с участниками съёмочного процесса.
Мне удаётся выяснить, что жертвой станет тот самый "мажор" Никита, и, пока парня не убили, спешу к играющему его Яну Сибряеву.
ГЕРОИ
− Мой герой – 17-летний парень, которого с диагнозом ОКР сдал сюда его отец на реабилитацию. Но находиться тут он абсолютно не хочет, хочет уйти, но больше всего, конечно, хочет вернуть ту семью, которой у него уже нет. Мама покончила жизнь самоубийством, а папа, который финансирует этот НИИ и курирует эту программу, его не понимает, не слышит (в роли отца – Алексей Агранович. – Прим. ред.). И вот вкупе это даёт такого очень нервного и нелюдимого мальчика, – рассказывает Metro исполнитель роли Никиты Ян Сибряев. – Сцена в столовой, которую вы сейчас видели, происходит на следующий день после первого сеанса, где искусственный интеллект в виде психотерапевта погружался в голову Никиты и проводил его к основной травме, которую он хочет скрыть, забыть, уйти от неё. А его основная травма – это то самое самоубийство мамы, которое он видел, но не хочет снова переживать, а его насильно заставляют это делать. Потом он просыпается, и в этом состоянии у него начинается истерика, появляется желание куда-то убежать, спрятаться, нервность и непонимание вообще того, что происходит. Поэтому он не хочет здесь быть, ни с кем общаться и никто здесь ему не нравится. И поэтому у него такая агрессия на этого режиссёра, да и на всех остальных, просто он сорвался на Эдика, потому что тот попался под руку.
Тут очень вовремя мне под руку попадается тот самый Эдик, а точнее играющий его рэпер Кирилл Батишта.
− Привет, газета Metro! – бодро начинает Кирилл. – Ну, что вам рассказать про моего персонажа? Его зовут Эдуард, Эдик. Это режиссёр. Ему уже хорошо за 40, и его проблема заключается в том, что однажды, 7 лет назад, он снял фильм, который прогремел на всю страну, и не только. Но на протяжении этих последующих семи лет все проекты, за которые он брался, оказывались провальными по сравнению с его первым триумфом. И вот он пришёл в "ЛИДУ", чтобы понять, что происходит, и не стоит ли ему вообще уйти из профессии.
По словам Кирилла, отношения с другими персонажами у его героя складываются достаточно напряжённо:
− Мы все здесь понимаем, что мы все нормальные, а нас окружают сумасшедшие, и вот в такой атмосфере каждый пытается как-то существовать.
Пробегающая мимо Даша Верещагина тоже заверяет, что только она здесь нормальная, а все остальные психи.
– Мне кажется, я единственная здоровая здесь из всех. Мне 17 лет – просто трудный возраст, – заявляет Дарья. – Если у меня и есть какие-то травмы, то минимальные, жизненные. Скорее всего, СДВГ (синдром дефицита внимания и гиперактивности. – Прим. ред.). Но я реально здесь самая здоровая.
А вот актёр Сергей Двойников, которого я следующим "вылавливаю" для беседы, своего героя – писателя Даню Митрофанова – абсолютно здоровым не считает.
– Мой герой – одиночка, он работает охранником в супермаркете, и он из того слоя людей, которых никто не замечает и они боятся проявляться, потому что в детстве была нанесена очень сильная травма, после которой ты закрываешься ото всех и предпочитаешь жить и проживать эту жизнь в своей оболочке. Но становится тяжело это всё выносить внутри себя, поэтому он приходит сюда, в "ЛИДУ", чтобы быть услышанным, быть увиденным, быть понятым, – рассказывает Сергей Двойников. – Я не могу всего рассказывать, и мне хочется, чтобы зритель сам, глядя этот сериал, смотрел, какие метаморфозы с нашими героями, и моим в том числе, происходят.
ЛОКАЦИЯ
Ещё одним полноценным героем, как объясняет исполнительный продюсер сериала Фёдор Кан, является сам особняк.
− Мы снимаем на уникальном объекте – это бывший особняк Воронцовой-Дашковой, в который после окончания Второй мировой войны было завезено секретное немецкое оборудование, дальше он стал научно-исследовательским институтом токов высокой частоты. Это было абсолютно закрытое место, где проводили опыты. И сейчас, когда НИИ здесь уже не существует и этот огромный особняк пустует, мы этот НИИ отчасти воссоздали, но под другим углом, – рассказывает Metro Кан. – Если тут походить по самому парку, вы увидите, что это очень атмосферное место, где, по сути, сам наш санаторий – это ещё один полноценный персонаж, помимо "ЛИДЫ", пациентов, персонала. Он тоже герой – со своим характером, который давит приглушённым светом и величественными сводами.
Режиссёр Овез Нарлиев рассказывает, что у него была именно такая концепция "какой-то ветхой, но очень торжественной усадьбы в сочетании с новейшими технологиями".
− И благо повезло – нашли потрясающего художника в Петербурге Игоря Карева, который меня с полуслова понял и сделал больше даже, чем я мог себе представить или ожидать, – рассказывает он. – Более того, ты приезжаешь на объект, и первое, наверное, что ты чувствуешь, это его потрясающую энергетику.
Атмосферностью выбранной локации восхищаются и все актёры. И хотя некоторые из них, как, например, Марьяна Спивак, снимаются здесь не в первый раз, отмечают огромную работу, проделанную художниками.
– Я здесь, конкретно в этой усадьбе, участвую уже в третьем проекте, – делится с Metro Марьяна Спивак. – И сейчас её сделали так художественно неузнаваемо, что я это место, где провела много времени, просто не узнаю. У нас же действие происходит в недалёком будущем, поэтому пространство получилось такое немножко футуристическое, но построенное на руинах постсоветской архитектуры. Очень красиво всё сделали, такое нуарное место получилось.
− Стены дают о себе знать, – делится Сергей Двойников. – Это поместье достаточно старинное, и интересно, что здесь происходило раньше, в этих комнатах, в которых мы снимаем, как здесь проходили балы, были какие-то светские вечера. И эта энергетика с наложением современной уже истории создаёт такой объём и как будто немножко твою душу обнажает, вскрывает в тебе что-то, и ты начинаешь думать о том, сколько здесь было людей, сколько судеб, какие они были, и они как будто немножко фоном существуют. Мы с Овезом хотели рассказать именно человеческие истории, что здесь нет никаких убийц, маньяков, здесь есть люди со своими судьбами, со своими травмами. Думаю, это многим людям на этой планете откликнется.
ИДЕЯ
Как признаётся режиссёр, ему очень интересной показалась идея снять сериал на стыке жанров – одновременно герметичный детектив и сай-фай-триллер.
− Такого у нас на рынке, по крайней мере, нет. Да и у коллег за рубежом тоже. Здесь есть щепотка детектива, но в первую очередь это психология. Интересно покопаться в себе, особенно в возрасте, когда ты уже приближаешься к некой точке мудрости, как тебе кажется, когда хочется понимать, почему, зачем, когда и для чего, – делится Овез Нарлиев с Metro.
По его словам, с точки зрения герметичной истории и человеческих отношений они где-то ориентировались на "12 разгневанных мужчин" Сидни Люмета, где-то на фильмы Дэвида Финчера – не зря Эдик сравнивает сценарий, написанный Даней, с фильмом "Семь".
− Копировать мы, конечно, никого не копировали. У нас достаточно самобытная история, которая живёт сама по себе, многое узнаваемо, и где-то уже это всё было так или иначе, – говорит режиссёр. – Но в итоге в своём каком-то цельном теле она получилась удивительной, особенной, отличной от всех других.
ФАНТАСТИКА ИЛИ БЛИЖАЙШЕЕ БУДУЩЕЕ
Не секрет, что научная фантастика часто бывает пророческой. Metro предложило создателям сериала поразмышлять на тему того, насколько вероятно, что скоро нас всех будет "психотерапевтировать" искусственный интеллект.
– Я думаю, что это уже ближайшее будущее и то, что казалось нам не так давно фантастикой, мы можем наблюдать уже сейчас, – искусственный интеллект, который у нас каждого практически уже как-то внедрён в телефоны, в компьютеры. Так что то, что происходит в нашем сериале, мне кажется, возможно, – считает Ян Сибряев. – Другой вопрос – чего будет от такой психологии больше – пользы или вреда? Я думаю, что скорее вреда, потому что, мне кажется, не нужно лезть в головы людей насильно, копаться там. У нас у каждого есть свои тараканы в голове, тайны, скелеты в шкафу, но это задача самого человека, чтобы он сам это всё прожил, а не благодаря кому-то или чему-то внедрённому ему в голову.
– На мой взгляд, каждый должен сам для себя решить, стоит ли ему обращаться к ИИ-психологу, – говорит Сергей Двойников. – И, конечно, если у тебя нет какой-то подготовки в плане общения с живым психотерапевтом "до" и ты сразу обратишься со своими проблемами к ИИ, наверное, это может немножко тебя сбить, потому что ты будешь как будто без каких-то костылей.
– Мне почему-то кажется, что даже в нашем 2026-м такая история уже где-то, наверное, присутствует. Например, искусственный интеллект помогает врачам, по крайней мере, так пишут, – размышляет Кирилл Батишта. – Для психики здесь есть и плюсы, и минусы, как и у любой новой технологии. Но об этом мы узнаем, видимо, с течением времени.
– Интернет-психология, ИИ-психология нас как-то в будущем, конечно, настигнет, и, хорошо это или плохо, я не знаю, честно могу сказать, – признаётся режиссёр Овез Нарлиев. – Но я знаю, что искусственно любой прогресс или запросы, которые сейчас есть в обществе, не остановить. Это всё равно так или иначе будет происходить и будет развиваться. К чему это приведёт, я не знаю. Но надеюсь, что облегчит нам всем жизнь.