Чем опасен продавец барометров
Студент Натанаэль (Александр Годованец) неожиданно возвращается домой из другого города, где он обучался в университете. Он рассказывает невесте Кларе (Арина Осипова) и её брату Лотару (Максим Путинцев), что домой его привёл испуг перед Песочным человеком, который постучался в дверь его квартиры под видом продавца оптических приборов. В детстве Песочным человеком Натанаэля пугали мать (Дарья Новосельцева) и отец (Алексей Мишин), которые говорили, что он приходит за детьми, которые не хотят укладываться спать, и забирает у них глаза. Однажды Натанаэль решил подкараулить Песочного человека и спрятался в комнате отца. Оказалось, что к отцу приходит не Песочник, а адвокат Коппелиус (Константин Юдаев), который вместе с ним под покровом ночи ставит алхимические опыты. Но Коппелиус, действительно, как Песочный человек, едва не лишил Натанаэля глаз, навек поселив в нём ужас перед этим адским созданием.
Друзья уговаривают студента одуматься: "Нельзя же думать, что злой дух из твоего детства преследует тебя в виде продавца барометров?" Едва успокоившийся Натанаэль возвращается обратно в университет, заставив друзей беспокоиться, что он слишком нервен и даже, пожалуй, немного не в себе. Его преподаватель профессор Спаланцани (Алексей Мишин) убеждает его, что знает продавца барометров Копполу (Константин Юдаев) уже много лет и что никакого отношения к адвокату Коппелиусу он не имеет. Но это умиротворение оказывается лишь временным, и тёмные силы вскоре снова вырываются наружу, заставив всех сомневающихся задуматься, так ли уж преувеличивал грозящую ему опасность их друг...
Всей душою полюбил куклу бессердечную
В основе постановки – одна из известных новелл Гофмана с излюбленным писателями-романтиками мотивом двойничества, который испытывает героев соответствующими вопросами: так ли уж реально то, что мы видим, или под покровом видимого скрывается что-то ещё? Беспочвенны или вполне законны наши страхи и сомнения? Где граница между мнительностью и обоснованной тревогой?
В двойственное состояние зрителя погружает не только смешанный драматическо-танцевальный формат постановки, но и сама по себе структура Камерной сцены Малого театра. Жанр спектакля заявлен как "пластическая драма", но пластическая составляющая в нём приближается к полноценной хореографии: поединок героев – танцевальная дуэль в стиле бразильской капоэйры, смятение в диалогах переливается в па-де-де, а роль механической куклы Олимпии (Елизавета Долбникова) буквально создана для яркого сольного номера.
Что касается структуры Камерной сцены Малого театра, то здесь зрительный зал практически сливается с площадкой для выступления артистов, плавно в неё перетекая и добавляя ощущение некоторой иммерсивности: ряды кресел расположены вдоль портьер, из-за которых постоянно появляются и в которых на расстоянии вытянутой руки то и дело исчезают артисты, делая тебя не просто зрителем, но ещё и соучастником происходящего. Так двойственность отображаемой на сцене истории дополняется пограничным состоянием и у зрителя, который становится и её наблюдателем, и соучастником.
Романтические страхи художника начала XIX века, каким был автор новеллы о Песочном человеке Гофман, оказались пророческим не только относительно конца его столетия, но и заглянули намного дальше вглубь времени. В истории о юноше, полюбившем механическую куклу, куда больше угадывается современный человек, чем читатель сказок немецких романтиков более чем двухсотлетней давности. Старинная литературная выдумка сбылась с пугающей реалистичностью – любовью к кукле сегодня уже никого не удивишь, а разницу между живым и созданным нейросетью скоро перестанут видеть даже самые подкованные. "Совсем скоро технологии зайдут так далеко, что этот прибор будет знать о вас больше самого близкого человека, а потом вы поймёте, что служите ему, а не он вам", – всё это вполне мог сказать и Гофман.
Сбывшаяся сказка
Оптические приборы и стёкла, которыми торговал таинственный и мрачный Коппелиус, оказались идеальным метафорическим инструментом не только для рассказа о двойственности (и вообще множественности) миров, но и для пластических решений в постановке. Ведь при помощи всего лишь стёклышка в руке можно поймать солнечный зайчик, разжечь огонь, сделать маленькое большим, а большое – маленьким.
Сюжеты, подобные гофманианским, идеальны для применения в оформлении готической стилистики, и создатели спектакля не прошли мимо этой возможности. Художник по костюмам Ася Звягина создала для каждого героя яркий образ на грани театрального и повседневного, в котором можно, в принципе, пройтись и по улице – ведь всё, что придумал когда-то Гофман, сегодня уже сбылось.
Досье:
Режиссёр, хореограф-постановщик – Лёша Кот
Художник-постановщик, художник по костюмам – Ася Звягина
Художник по свету – заслуженный работник культуры России Андрей Изотов
Композитор – Павел Жуков
Ассистент режиссёра – Дмитрий Торин
16+