Первый брак: смерть Нормы Джин
Джеймс Догерти был занятным молодым человеком. Учился в средней школе Van Nuys в Лос-Анджелесе, его назначали старостой класса и капитаном футбольной команды. Такие активные ребята всегда привлекают внимание видных барышень. Он повстречал Норму Джин, каштановую кудряшку с чарующей улыбкой, эксцентричную, непостоянную. Тогда она не отличалась женственностью, могла ходить с грязными волосами, дружила с мальчишками, хулиганила – словом, была необузданной "пацанкой". Именно Джеймс пробудил в ней феминность: гулял с ней, открывал мир вокруг, даже учил модельной походке. Харизматичный парень с отличным чувством юмора вскружил ей голову.
Норма страдала из-за необходимости жить в приёмных семьях, пока мать лечилась в психиатрической клинике, поэтому твёрдое мужское плечо пришлось ей очень кстати. Догерти относился к ней как к младшей сестре, но постепенно чувства усложнялись. В автобиографии он напишет, что чувства его к Норме были столь глубокими, что он мечтал прожить с ней прекрасную, насыщенную жизнь, вместе состариться. А ведь так и могло случиться, кривая судьбы свела их вместе накрепко. Однажды к парню подошла соседка Грейс Годдард, которая присматривала за Нормой. Она с мужем собиралась переехать, и попросила Догерти помочь: жениться на Норме, чтобы девушку не отправили в приют, что было её главным тогда кошмаром (мать снова проходила лечение). 19 июня 1942 года, вскоре после того как Джин исполнилось 16, она пошла под венец с Догерти, которому тогда был 21 год.
Позже Джеймс рассказывал, что Норма Джин ничего не знала о сексе, когда вышла за него. Он опроверг, что её изнасиловал родственник, когда ей было 12 лет, поскольку в первую брачную ночь девушка оказалась девственницей.
Юноша проливал пот на заводе Lockheed Aircraft, который усиленно работал на оборонку: шла Вторая мировая. Затем ушёл в Морскую службу США в торговый флот, пока Норма "работала" домохозяйкой. Они бросили тесную однокомнатную квартирку в Шерман-Оукс и стали жить на побережье острова Каталина. Норма Джин часто бегала там по пляжу под крик чаек, обжигая босые ноги о раскалённый песок. Их настоящий медовый месяц прошёл именно там, в райском уголке. Они любили вместе устраивать гавайские вечеринки, пить через соломинку кокосовые напитки. "Иногда мы с Нормой сидели на террасе и смотрели на гигантский дом через улицу. Мы держались за руки, мечтали, что у нас будет такой же, и что мы наполним его детьми", – вспоминал Догерти. Он рассказывал, что Норма была любящей женой, способной его расстрогать. Иногда она ласково шептала ему на ухо: "Джимми".
Поначалу всё шло чудесно, пока моряка не отправили в затяжную командировку. А Норма была не из женщин, соблюдавших целибат. Именно тогда гусеница стала превращаться в бабочку: Норма Джин приобретала черты Мэрилин Монро, недосягаемой красотки для таких простых парней как Джеймс Догерти. "Я никогда не знал Мэрилин Монро, – с горечью рассказывал он. – Я знал и любил Норму Джин". Увы, холодная и циничная Монро, какой она стала в Голливуде, точно так же не знала Джеймса Догерти: "Мы с ним даже не разговаривали. Нам просто не о чем было. Я умирала от скуки", – утверждала она, перечёркивая всё душевное, что между ними когда-то было.
Когда Догерти уехал по службе, Джин вернулась в Ван-Найс, где устроилась на работу в авиационную компанию Radioplane Co. Первое время она проверяла парашюты и занималась их упаковкой. На сборочной линии радиоуправляемых беспилотников девушку заприметил известный фотограф Дэвид Коновер. В нём тут же проснулся профессиональный интерес. Он предложил Норме попозировать. Оказалось, каждый кадр – мини-сенсация, настолько фотогеничной была модель... Коновер шепнул красавице, что та поднимает... боевой дух, и ей надо бы сниматься для парней в армии, чтобы они ещё лучше служили родине. Вскоре разразился семейный скандал. Догерти увидел ребят на корабле, которые с жаром обсуждали фотокарточку. Оказалось, на снимке была... Норма Джин, его дражайшая супруга, с минимумом одежды. Норма не стала слушать упрёков мужа, ей мечталось быть звездой подиума – и контракт с модельным агентством Blue Book не заставил себя долго ждать. Тогда же в одной из киностудий ей посоветовали взять благозвучную фамилию. Она вспомнила мамину девичью.
В 1946 году последовал развод – Голливуд получил платиновую блондинку Мэрилин Монро, а кудряшка Норма Джин канула в небытие.
... Джеймс Догерти стал известным полицейским-детективом, приложил руку к созданию первого подразделения спецназа, преподавал криминалистику. Он женился ещё дважды. Вторая супруга страшно ревновала к Мэрилин Монро, и поэтому он не смотрел фильмы с её участием, а ещё жёг все письма, которые кинозвезда время от времени ему отправляла. Однажды он обманул жену, приняв участие в викторине "Сказать правду", связанную с Монро. На ней трём мужчинам участники задавали вопросы, пытаясь узнать, кто из них – первый муж Мэрилин (за это дома жена запустила в Догерти сковородку). Новость о смерти Монро стала ударом для Джеймса, который весь день разъезжал в патрульной машине, чтобы ему не докучали репортёры: "Меня словно пнули ногой в живот. Я ведь ждал этого. Слава ей мешала. Она была слишком мягкой для актрисы. И недостаточно жёсткой для Голливуда".
Второй брак: смерть любви
Джо Ди Маджо далеко не сразу стал мультимиллионером, национальной гордостью США, человеком, которого тысячи фанатов умоляли оставить автограф на игровой карточке.
Родители Джо, Джузеппе и Розали, были выходцами из Сицилии. Они воспитывали девятерых детей, держа их в ежовых рукавицах. Жили в Норт Бич (Сан-Франциско), злачном местечке. Джузеппе брал Джо с собой на рыбный промысел, заставлял его продавать газеты. И вбивал в голову одну и ту же мысль: нет ничего важнее денег.
Для души Джо играл с братьями в бейсбол, используя вместо биты сломанное весло, а вместо мяча спрессованную чёрную ленту. Однажды его брат Винс решил стать профессиональным спортсменом, за что получил нагоняй от отца. Но когда принёс домой чек на 1,5 тысячи долларов, Джузеппе растаял, а Джо понял – бейсбол может стать золотой жилой. И сам начал пахать, делая карьеру в спорте. Жизнь в трущобах научила его считать каждый цент, поэтому он работал над собой остервенело, чтобы выбиться в люди. Уже в 22 года стал игроком лучшей команды страны "Нью-Йорк Янкиз", за которую выступал до конца карьеры.
Тогда в составе клуба блистал защитник первой базы Лу Гериг, его всегда встречали восторженным рёвом. Но Ди Маджо дал себе зарок – однажды точно так же начнут встречать его. У Лу Герига развивалось нейродегенеративное заболевание, которое лишило его возможности быть лучшим, поэтому мечта Джо исполнилась даже раньше. "Я рос в Нью-Йорке, где было три бейсбольные команды, и все мальчишки делились на три лагеря, – рассказывал Владимир Познер. – Я, конечно же, болел за "Нью-Йорк Янкиз", потому что там играл Джо Ди Маджо. Меня несколько раз водили на стадион, я его видел. Он был больше чем просто спортсменом. <...> Знакомство с Джо Ди Маджо — это в какой-то степени знакомство с Америкой, знакомство как бы изнутри, знакомство с её душой".
Однако тяжёлое детство сделало Джо грубым, жёстким и циничным, он был скуп как на деньги, так и на слова, эмоции. Он стал красивой картинкой, ролевой моделью, но в его душе росла чёрная дыра. Джо был одержим заработком, забывая про вечные ценности. Женщинам приходилось с ним нелегко. Растопить его сердце могла лишь особенная. Такая как Мэрилин Монро. Впрочем, она же смогла пробудить в нём и животную ярость...
Мэрилин Монро тоже была в центре внимания, но по-другому. К ней всё больше относились как к дешёвой певице и актрисе, не очень-то умной и эрудированной. А всё потому, что она сама закрепила в кино образ недалёкой блондинки, хотя мечтала о глубоких драматических ролях. Брони ей тоже не хватало. Хоть внешне она и пыталась быть сильной, внутри нет-нет, да и просыпалась робкая, закомплексованная Норма Джин, не понимавшая, почему именно на ней сошёлся свет софитов. Сомнения иной раз граничили с безумием, она часто заставляла переснимать самые простые сцены, считая, что играет недостаточно хорошо. Её ругали за то, что она плохо запоминала реплики. Когда Ди Маджо выходил на стадион, тренер был в нём уверен на 100 процентов, а соперники цепенели. Когда Монро появлялась на съёмочной площадке, режиссёры зверели, а у операторов развивался нервный тик. Мэрилин внешне была богатой, красивой, успешной женщиной, но внутри горела от депрессии. Ей требовался спасательный круг, им на время и стал Ди Маджо.
Когда Джо увидел фотографию обворожительной Монро с двумя бейсболистами "Уайт Сокс", то понял: он пропал. У него уже был за плечами брак, но неудачный (правда, жена подарила ему сына). Теперь работа не отвлекала его, ведь он получил травму и завершил карьеру, накопив огромное состояние. Можно было снова подумать о семье. Он связался с Монро через знакомого, пригласив в ресторан. Та сначала засомневалась: Ди Маджо был старше на 12 лет и его нельзя было назвать красавцем. Видимо, колебалась до последнего: опоздала на ужин на два часа, заставив Ди Маджо покраснеть от гнева. Но стоило ему увидеть Монро, как все обиды остались позади. Беседа оказалась затягивающей, вскоре Джо уже подвозил Мэрилин до дома... Так начался бурный роман. 14 января 1954 года они сыграли скромную свадьбу в Сан-Франциско. Мэрилин, смеясь, обратилась к жениху: "Пообещай, что если я умру первой, ты будешь слать мне цветы на могилу каждую неделю!". Дальше был медовый месяц в Японии. Все, кто видел Монро, поражались: она преобразилась, буквально расцвела, в глазах появились огоньки любви. Ди Маджо как-то признался, что секс с Мэрилин был "подобен битве богов".
Но идиллия была недолгой. Ди Маджо вдруг понял, что когда он приходит куда-нибудь, смотрят не только на него. Он перестал быть единственной суперзвездой в зале. Как-то Монро похвасталась: "ты никогда не слышал подобных оваций". На что он ответил раздражённо: "Почему же, слышал..." Кроме того, Джо был ярым собственником, а интрижки Монро сводили его с ума. Ей же хотелось быть с разными мужчинами, а муж душил её свободу. Он даже нанял частных детективов, чтобы они следили за каждым шагом супруги. Спортсмен умолял, чтобы она бросила работу, где было много соблазнов для адюльтера, и сосредоточилась на семье, но это было невозможно – работа была для неё дороже брака, даже жизни. "Ему не интересно то, чем я занимаюсь, – жаловалась Монро. – Он не хочет, чтобы я общалась со своими друзьями. Он жаждет целиком вырезать меня из мира кино, лишить общения с творческими людьми". Кроме того, Монро находила мужа малоинтересным, необразованным (у самой была библиотека с сотней книг, а он к ним даже не прикасался).
Постепенно ссоры становились всё громче, однажды Джо начал бить свою неверную жену. Последней каплей стал скандал после "эротических" съёмок кинокомедии "Зуд седьмого года". Монро появилась на Лексингтон-авеню в откровенном платье и встала над вентиляционной решёткой метрополитена. Порывы ветра от ходивших снизу поездов вздёргивали юбку так, что все видели ножки и трусики Монро. Ночью в отеле обезумевший от ревности Джо несколько часов истязал актрису. Она подала на развод. Брак длился всего 9 месяцев.
Монро рыдала, сообщая журналистам о разрыве. Говорила, что супруг был жесток, холоден, необщителен. Но она действительно любила Джо. А Джо любил её. Даже после развода у них сохранилась интимная связь, а когда Монро попала в психушку и была на грани суицида, именно Джо протянул руку помощи... Но актриса всё-таки умерла в 36 лет. На её похоронах Джо склонился над гробом, рыдал, приговаривая, что любит Мэрилин, и поцеловал её холодный лоб.
Третий брак: смерть Мэрилин Монро
Артур Миллер, драматург и прозаик, прославился в 1949 году благодаря пьесе "Смерть коммивояжёра". Она стала первой американской пьесой, получившей Пулитцеровскую премию. Успех ударил по браку Миллера с Мэри Слеттери, которая только что помогала драматургу финансово, а теперь казалась ему ничтожной на его фоне. "Мой горизонт расширился, я почувствовал, что могу всё. Слава — это форма власти, которая носит сексуальный характер", — говорил Миллер, впервые переспавший с женщиной в 16 лет в борделе.
Этот могущественный человек был наихудшим вариантом для Монро, жизнь которой и так уже шла по наклонной. Заниженная самооценка делала её уязвимой, ну а Миллер — гигант мысли — только усугублял её самобичевание. Она не подозревала, что возлюбленный и сам глубоко сомневался в том, что писал, многое откладывая "в стол". И всё же для неё он был недосягаемым. А ему нравилась лишь её оболочка. Миллер был эстетом не только слова, поэтому сразу заинтересовался секс-дивой Голливуда. Первые его воспоминания о Монро испещрены эротизмом: "чёрное кружевное платье с ажурной отделкой", "покачивание бёдер", "пронзило насквозь от движения её тела".
Роман начался в Нью-Йорке в 1955 году. Миллер объяснял мезальянс с Монро так: "Я чувствовал, что она родственная душа, чувственная и жизнелюбивая, но в её центре скрывалась тьма, масштаб которой я тогда не знал. Мне казалось, что она очень серьёзная девушка. И что ей было тяжело, потому что её обычно считали легкомысленной, если не глупой". 1 июля 1956 года они сыграли скромную свадьбу по еврейскому обряду (Артуру был 41 год, Мэрилин 30). Миллер ради этого союза бросил жену и двух детей, что позже признал ошибкой. Вскоре после свадьбы Миллер сказал журналистам, что Монро будет сниматься только в одном фильме примерно раз в 18 месяцев. Когда его спросили, чем она будет заниматься в остальное время, он ответил: "Она будет моей женой. Это работа на полный рабочий день".
Монро поддерживала супруга, даже когда его стали преследовать за связь с коммунистами. Актриса готова была идти на жертвы, поскольку он честно пытался разглядеть сквозь Мэрилин Монро чуткую Норму Джин, девушку не прямолинейную, а идейную, интересную, глубокую. И всё же пробелы в знаниях возвели между ними неодолимую пропасть. Холодный интеллектуал делал замечания по любому поводу, особенно его раздражало, что она постоянно ошибалась, воспроизводя киношные реплики по сценариям, которые писал он сам.
Монро не желала быть игрушкой для битья: обрушилась с критикой на 20th Century Fox, стала посещать курсы повышения актёрского мастерства. Фильм "Автобусная остановка" показал, что Монро может играть и сложных, многослойных героинь. Но вскоре она нашла записку Артура, в которой тот сожалел об их браке, отмечая, что Монро оказалась не так умна, как он думал. "Обман с первых минут знакомства! – писал он. – Я должен был признаться себе, что она посмешище. Красавица, которая слишком серьёзно себя воспринимает. Зачем я соврал ей?"
Трещина в отношениях ширилась из-за неудачных беременностей: были и выкидыши. Монро подсела на барбитураты, даже лечилась от зависимости в больнице. А в 1961 году пара окончательно рассорилась на съёмках "Неприкаянных". Сценарий написал Миллер, раскрасив персонаж Монро таким образом, чтобы выгодно подчеркнуть её внутренние качества. Это была сложная драматическая роль. Съёмки проходили в изнурительной жаре пустыни Невады, что было тяжело для всех. Монро постоянно ссорилась с кумиром детства Кларком Гейблом, который так устал от её выходок, что заявил – чудо, что у него не случился инфаркт. По иронии судьбы, вскоре после съёмок он умер от сердечного приступа. И в его смерти многие винили Монро. А Миллер влюбился в фотографа Инге Морат, работавшую на съёмочной площадке, при этом с женой почти не общался. "Там, на этом высохшем озере, было как в турецкой бане, невероятно. В общем, это был конец нашего брака", – вспоминал Миллер.
Монро попала в больницу, где ей собирались поставить диагноз шизофрения (прямо как матери), но вызволил оттуда её уже не Миллер, а Ди Маджо. Он действительно пытался спасти её, но 5 августа 1962 года, в возрасте 36 лет, актриса была найдена мёртвой в своём доме в Лос-Анджелесе. Официальная причина – самоубийство. "Ей нужен был отец, любовник, друг, агент, и прежде всего, кто-то, кто никогда не стал бы её критиковать, иначе она окончательно потеряла бы уверенность в себе, – говорил Миллер. – Я не знаю, существовал ли такой человек. Я не был готов к тому, что у неё буквально не нашлось никаких внутренних ресурсов. Ей было невозможно жить, не говоря уже о том, чтобы жить с кем-то".
Миллер женился на Инге Морат месяц спустя после смерти Монро, в браке родились двое детей, он продлился аж 40 лет. А вот у Ди Маджо жён больше не было. И он проследил за тем, чтобы на могиле Монро регулярно появлялись цветы, исполнив обещание. Потому что был единственным мужчиной, кто любил её по-настоящему.
Источники: the News, NPR, the List, LATimes, ATI, Sports, ПознерOnline, "Timebends: A Life", Guardian, ВВС