"Внутренности подступили к горлу"
30 сентября Шота вместе с супругой Сигалит поднялись на борт самолёта Boeing 737 авиакомпании Flydubai, где сразу познакомились с двумя пилотами, которые сидели рядом с ними – летели обычными пассажирами. Шота даже посмеялся: мол, мы в полной безопасности, ведь в самолёте аж четыре лётчика.
Вскоре они с женой заснули, потому что сильно устали: летали в Китай вместе с подругой-дизайнером, чтобы прикупить вещей для нового дома, куда собирались скоро въезжать всей своей большой и дружной семьёй – супруги воспитывают двух сыновей, Майкла и Дейвида, и дочь Адель.
Оба проснулись где-то за десять минут до начала инцидента (сейчас это дело официально расследуется как попытка теракта). Трагедия развернулась, когда второй пилот Хамам аль-Хаммами из Омана вдруг выхватил топор из ящика с аварийно-спасательным оборудованием и напал на своего командира. Это произошло незадолго до того, как самолёт должен был пересечь границу с Израилем.
– Вдруг замечаю в иллюминаторе, как крыло начинает "резать" воздух, – рассказывает Metro Мусаев. – Самолёт резко приподнял нос, накренился на правую сторону, а затем начал падать. Позже выяснилось, что мы всего за какую-то минуту снизились с высоты 10 000 метров до почти 5000, причём самолёт падал со скоростью звука. Электричество потухло, моторы перестали шуметь. Люди стали вопить, орать. Думаю, особенно тяжело было детям – на борту их было порядка тридцати. Ощутил, как внутренности подступили к горлу... Мы с женой поняли, что самолёт падает, и мы не выживем. И тогда я начал снимать видео – подумал, если разобьёмся, вероятно, кто-то увидит ролик, и это поможет в расследовании авиакатастрофы. Но лайнер в какой-то момент выровнялся. Я думаю, что падали мы, когда была жестокая драка пилотов в кокпите, а как только террорист решил, что он расправился с капитаном, так сразу и выправил самолёт, намереваясь направить его на конкретную цель в Израиле. Но командир, индиец Смит Маччхара, разблокировал дверь. Пассажирка Тали Менс уже кричала, что пилоты сцепились, поэтому возле двери находились люди, которые тут же проникли внутрь.
Заливаясь слезами, Сигалит умоляла мужа не покидать место. Но он готов был пожертвовать собой ради её спасения и бросился к кабине пилотов. Там уже разыгралась целая драма. Как писали СМИ, сантехник Янив Хаюн был одним из первых, кто ворвался в залитый кровью кокпит и набросился на второго пилота. Вскоре ему помогали другие смельчаки. А когда террориста скрутили, Хаюн, большой любитель телепередач об авиакатастрофах, совладал со штурвалом, стабилизировав самолёт. Приборная панель была изрублена топором, автопилот не работал... Лишь когда второй пилот был обезоружен и опасность миновала, в кабину решились войти два лётчика, которые взяли управление на себя.
Шота Мусаев прибежал к кабине пилотов, когда террориста обезвредили. Он предложил для большей безопасности перевязать ему руки наушниками.
– Помню, как он сказал, что родом из Омана, – вспоминает Мусаев. – И обратился к стюарду с просьбой убить его. Я восхищаюсь Смитом, который разблокировал дверь... Но не только он герой. Обычные пассажиры не побоялись вооружённого топором безумца, который в тесном кокпите размахивал оружием, желая всех резать по кругу.
Спасение капитана
Быть героем у Шоты Мусаева – в крови. Он – потомственный врач. Его отец Анзор Мусаев был известным в Грузии кардиологом. Сын пошёл по стопам отца, окончив Тбилисский государственный медицинский университет. Раньше Шота уже не раз спасал пассажиров, которым становилось плохо в самолёте. Однажды у мужчины случился сердечный приступ, в другой раз женщина потеряла сознание. И каждый раз Шота был рядом, помогал.
Вот только случай на борту рейса FZ1073 оказался для стоматолога самым сложным.
– Весь кокпит был в крови Смита! – предаётся Мусаев тяжёлым воспоминаниям. – Ровно как и маленький, теснючий коридорчик за кабиной, куда его вытащили. Там были жалкие полтора "квадрата". И куча людей. Два стюарда, террорист, лежавший в ногах Смита. Ещё – Янив Хаюн, Цвик Манес, герои, рискнувшие жизнью... Стюард хотел уже дать Смиту парацетамол, но это могло его убить – я запретил. Важно было, чтобы голова капитана была ниже туловища, поэтому я приподнял ему ноги – террориста отодвинули в сторону. Пульс Смита терялся. Губы – посинели. Требовалось срочно остановить кровь. Я быстро осмотрел раненого: дотронулся до его головы и внезапно мой палец вошёл в глубокую рану, которую я сначала не заметил. Его левая рука была очень сильно повреждена, я видел огромные порезы. Не было ничего, кроме тряпок, которые быстро краснели от крови, но мы пытались ими сдержать кровопотерю. Хорошо, рядом была медсестра, которая помогала с кислородной маской.
Часть своих действий Шота фиксировал на камеру – теперь он снимал, чтобы были доказательства, что он и другие пассажиры не были террористами и делали всё для спасения командира судна.
– Смит находился в сознании. Мне нужно было, чтобы он не засыпал. Он жаловался на сильное жжение, боли. Стюард принёс пакеты со льдом, я постоянно их прикладывал. Смит спрашивал, какое у него состояние. Говорил, что не хочет умирать в самолёте, ведь у него – двое детей. Я поддерживал разговор. Сказал, что бог его не бросит. И он начал молиться. Я понимал, что времени в обрез, просил стюарда срочно садиться. Но мы летели ещё долгие 50 минут. Казалось, прошла целая вечность...
Была и другая проблема. Самолёт приземлился в Саудовской Аравии, а у этой страны нет с Израилем дипломатических отношений.
– Оттого были двоякие ощущения, – признался Мусаев. – Сразу возникли проблемы – дверь не открывалась, потому что мешали голова Смита и баллон с кислородом. Когда всё же открыли, то увидели только одного саудовца. Я ему крикнул, что нужна срочная эвакуация раненого. Через три минуты появились медики – я им успел сказать, что у Смита нет аллергии. Ему надо было срочно колоть морфий. Он уже начал чувствовать боль от всех порезов, ранений, потому что адреналин спал. Ему быстро забинтовали голову и руку, а затем вынесли из самолёта.
К удивлению Шоты, саудовцы очень хорошо обращались с израильтянами: поили, кормили, оказывали медпомощь, прислали бригаду психологов. У всех пассажиров было тяжёлое моральное состояние. Некоторых детей в терминале вырвало, кто-то даже потерял сознание.
И всё же самое страшное осталось позади! Поэтому когда новый борт приземлился в Израиле, то счастливые пассажиры, избежавшие авиакатастрофы, пели песни и держались за руки. Шота снял и этот радостный момент, отработав оператором от начала и до конца. Его видеолетопись наверняка скоро попадёт в документальный фильм об этом уникальном полёте.
Встреча с Нетаньяху
– Честно? После всего пережитого мы с пассажирами стали одной большой семьёй! – откровенничает Шота Мусаев. – Я сблизился с теми парнями, которые проникли в кабину пилотов. Нас всех наградили. Каждый день мы звоним друг другу, узнаём, всё ли хорошо. Ходим на встречи. Нам с женой это нужно. Первые дни мы с Сигалит почти не спали. Во сне приходят все самые страшные моменты. Конечно, мы стараемся о том полёте не думать. Но пока не получается. Знаете, в Израиле мы готовы ко всем сценариям, даже самым диким. Теракты, нападения религиозных фанатиков... И мы всегда готовы дать отпор. Но нам с женой всё ещё нужна психологическая помощь. Снова летать мы пока не собираемся. А когда поймём, что готовы сесть в самолёт, то будем очень аккуратными. Станем теперь заранее запрашивать информацию о пилотах...
Шота не скрывает – сентябрьские события кардинально изменили его жизнь. Весь месяц он всё время ходит на важные мероприятия: то на встречи с премьером Израиля Биньямином Нетаньяху, то с президентом страны Ицхаком Герцогом (недавно тот вручил ему награду за проявленное мужество), то с послом Грузии в Израиле Бекой Двали.
– Получаю тысячи, даже десятки тысяч сообщений со всего мира, – радуется Шота. – Постоянно вручают награды, делают подарки. Это всё просто невероятно, мне очень приятно. Буквально позавчера грузинская община организовала для меня вечер, подарили много дорогих книг. Но я понимаю, откуда такое внимание. Всё-таки, это единственный случай, когда самолёт пытались угнать, чтобы разбить, но пассажиры взяли контроль над ситуацией. Мы переписали историю. Наши лица запомнят. Наша история запомнится. Ещё важный момент, о котором хочется сказать. Религиозный фанатизм разрушителен. Мы, евреи – обычные люди, которые просто хотят хорошо жить со всеми, в том числе с мусульманами. Надеюсь, однажды фанатизм будет искоренён.
"Люблю Россию"
Шота Мусаев родился и вырос в Кахетии (Грузия), учился в городе Гурджаани. В 19 лет переехал с семьёй в Израиль. И уже 20 лет женат на Сигалит, дочери известного грузинского певца Юзы Мошиашвили.
– Нашему старшему сыну Майклу – 18 лет, среднему Дейвиду – 15, а дочке Адели – 13, – с гордостью рассказывает о детях Шота, и тут же становится мрачным. – Не представляю, как им тяжело было узнавать новости про самолёт... Тёща сразу приехала домой, чтобы поддержать. Старший сын смотрел новости, и дочь вместе с ним. Хорошо, хоть Дейвид ушёл на баскетбол и узнал обо всём, когда уже все были спасены. Долгое время про наш самолёт поступала очень противоречивая информация. Сначала в Израиле говорили, будто на борту подрались украинский и российский пилоты. Но мне важно было поскорее донести до людей правду, в том числе и до родных. Поэтому как только появился Интернет, я передал снятое видео своему другу-чиновнику по воцап. Он мне сначала сам твердил, что это никакой не теракт. Но мои видео его переубедили. Так весь мир узнал, что именно случилось на борту рейса FZ1073!
Шота Мусаев очень любит Израиль, куда переехал много лет назад, а также родную Грузию. А ещё – Россию, где бывал много раз.
– Моя мама Рая Магалашвили была из Сухуми, где к русским очень хорошо относятся. Приезжал к вам до пандемии – праздновали в Москве день рождения жены. Всегда очень впечатляет Кремль. Понравилось и в Москва-Сити, были в ресторане на 50-м этаже. Просто супер! В Ростов ездил пару раз... Конечно, Россия – часть нашей жизни. Мои двоюродные братья живут здесь. Надеюсь, всё у вас в России будет хорошо!
Кстати, у нас Шоту тоже хорошо знают – например, как отличного специалиста. Всё-таки он работает стоматологом уже 27 лет, у него есть своя клиника в Холоне.
– Это наш семейный зубной врач, – рассказывает Metro уроженка Ставрополя Елена Макарская. – Много лет лечил всю нашу семью, пока мы жили в городе Холон в Израиле... Очень дружим с ним и со всей его прекрасной семьёй! Он – отличный человек, а сейчас ещё и проявил себя как настоящий герой! Мы очень гордимся дружбой с ним.