"Все думают, что клоун – это человек, который всегда весёлый, что он просыпается с улыбкой и засыпает с ней же. Всё это брехня!
Клоуны далеко не самые весёлые люди на свете. Наоборот, мы злые, раздражительные, завистливые, склочные. Потому что вы видите нас два часа на сцене, а мы живём с этой профессией всю жизнь.
На сцене мы весёлые только за деньги. Ведь это такая же работа, как у постового, который стоит под дождём или на жаре. Ему плохо, неудобно, хочется есть, уйти домой, но он стоит, потому что служба. У нас так же. Когда грустно, когда тяжело, когда жизнь трещит по швам, всё равно выходишь на сцену и развлекаешь публику.
Все почему-то думают, что клоун – это состояние души, но на самом деле это лишь образ и способ заработать на жизнь. Гонорары зависят от количества номеров, а также от города – если выезд, то дороже. Но в среднем за одно выступление – 45–50 тысяч.
Все хотят видеть успешного артиста. Но никто не хочет замечать, чем он за этот успех платит. Валерий Кефт, клоун
Близким тоже приходится нелегко, когда высокая загруженность или гастроли. У меня было четыре жены и от каждой по ребёнку. Думаете, почему? Потому что сцена всегда требует своей цены.
Самое обидное для клоуна – это не когда не смеются, а когда не уважают. Люди забыли, видимо, что это такое. Вышел человек на сцену – ну, похлопай хотя бы из уважения. Ты можешь не понимать спектакль, можешь не смеяться, можешь вообще быть не в настроении, но уважение-то должно быть.
Когда играешь по 470 спектаклей в год, иногда по два представления в день, организм начинает разваливаться быстрее, чем успеваешь его чинить... Вечно опухшие колени, а на правом вообще связки порваны. Мениск оперировали уже два раза. На животе большая грыжа. Всё это цирк мне подарил как напоминание за годы работы.
Люди думают, что клоун вышел, покривлялся и ушёл. А попробуйте покривляться 17 лет подряд! Тело помнит абсолютно всё: каждый прыжок, каждое падение, каждый спектакль. А зритель помнит только то, что ему было смешно..."