Писатель Мо Янь посетил Москву: что привело в восторг лауреата Нобелевской премии

Лауреат Нобелевской премии по литературе – китайский писатель Мо Янь – посетил Россию. Автор бестселлеров "Смерть пахнет сандалом" и "Страна вина" рассказал, как ему российская столица спустя двадцать лет после первого визита и повлияли ли русские классики на становление китайской литературы
Писатель Мо Янь посетил Москву: что привело в восторг лауреата Нобелевской премии
AFP
Китайский писатель Мо Янь. Фото – архив

Чем Москва поразила Мо Яня

В 2012 году Мо Яню вручили Нобелевскую премию "за галлюцинаторный реализм, который объединяет народные сказки с историей и современностью". Приятно, что всемирно известного писателя многое связывает с Россией, которую он посетил в четвёртый раз.

– Впервые я приехал к вам в 1995 году. Тогда я из Маньчжурии проехался по приграничным с Китаем городам. Меня захватила местная природа, красивый ландшафт, высокие сопки. Это был незабываемый опыт, – делится с Metro Мо Янь.

Впервые он посетил столицу России в 2007 году, когда его пригласили на Московскую международную выставку-ярмарку. И больше всего гостя впечатлил столичный транспорт.

– Меня просто поразило московское метро – в первую очередь, своей глубиной, – признался Мо Янь. – Помню, как мы поднимались от платформы одной из станций на выход, и мне казалось, что нам понадобилась целая вечность, только чтобы добраться до поверхности.

Сейчас программа мероприятий у писателя весьма плотная – от посещения Переделкино, где он хочет увидеть любимые места русских классиков, до Театра на Таганке, в котором проходит спектакль по его роману "Лягушки".

– Я пока мало где успевал побывать, но уже много ездил по городу и вижу, что Москва очень сильно изменилась за эти годы, перемены просто невероятные, – отметил автор. – Я был впечатлён Москвой тогда, впечатлён и сейчас.

Про "Тихий Дон" и русскую классику

Большой удачей для писателя стало посещение Петербурга, где происходили съёмки сериала по роману "Тихий Дон" Михаила Шолохова. Именно этого автора он называет одним из своих любимых русских классиков.

– Я много раз читал "Тихий Дон", и для меня места, так или иначе связанные с этим романом, имеют большое значение. Особенным моментом стало то, что по этим местам нас возил внук Шолохова – Александр. В какой-то момент мне даже показалось, что через его внука я общаюсь с самим писателем напрямую, настолько бережно он хранит и передаёт воспоминания о своём дедушке. Казалось, у них даже голоса похожи, – рассказывает Мо Янь.

Мо Яня боготворят в Китае. Фото – архив
GUILLERMO LEGARIA / AFP
Мо Яня боготворят в Китае. Фото – архив

Фёдор Достоевский, чьи книги пользуются популярностью в Поднебесной, китайский литератор тоже обожает.

– "Братья Карамазовы" – одна из моих настольных книг, к которой я часто возвращаюсь, всегда нахожу в ней что-то новое для себя, – отмечает он. – Часто читаю и другие его произведения. Ваши классики  сильно повлияли на современных китайских писателей – на книгах Достоевского, Тургенева, Шолохова, Толстого выросло как минимум три поколения как читателей, так и писателей в Китае. Конечно, приходят и новые авторы, появляются новые имена, но именно классические произведения русских авторов никогда и ничем заменить не удастся, я уверен.

Про Нобелевскую премию и причуды писательства

Получение главной премии мира стало для Мо Яня настоящим испытанием, поделившим его жизнь на до и после.

– До премии я уже обладал некоторой известностью в Китае, но после 2012 года я получил настоящую славу, – признаётся Янь. – В книжных магазинах стало больше моих книг, на меня стали обращать гораздо больше внимания, а в Интернете стали появляться истории от моего имени, которые я никогда не писал. Я долго не мог к этому адаптироваться, но рано или поздно ты учишься справляться с обстоятельствами. Как только я смог это сделать, мне кажется, мой талант раскрылся ещё больше.

С годами изменился и режим работы – если раньше писатель любил создавать тексты по ночам, то с возрастом "поменял" ночь на день.

– Есть у многих литераторов недостаток: для работы нужны пространство и детали, к которым мы привыкли, – тот самый стол, своя чашка, своя особенная ручка. И думаю, я сегодня стал как раз одним из таких писателей.