Когда знакомишься со списком строений, которые создал для Москвы Илларион Александрович Иванов-Шиц, сложно не удивиться, что его имя сегодня оказалось практически забыто – вряд ли кто-то из не историков архитектуры его слышал. А между тем он фактически определил облик столицы, с конца XIX века до 1930-х годов реализовав более 100 проектов, большая часть которых прекрасно сохранилась и функционирует по сей день. Театралы до сих пор спешат к дверям театра "Ленком" на Малой Дмитровке, который был спроектирован архитектором как Купеческий клуб, пациенты ходят по коридорам Морозовской и Боткинской больниц и Центра глазных болезней имени Гельмгольца, а студенты спешат в здание РГГУ на Миусской площади – бывший Народный университет имени Шанявского. Более того, буквально в окна Музея архитектуры, где сейчас проходит выставка работ архитектора, смотрит его здание Кремлёвской больницы. И это, конечно, далеко не полный список.
Причина такого забвения во многом в скромности Иванова-Шица, который всё свое время посвятил работе и не оставил никаких воспоминаний: все его сохранившиеся записи – это пояснения к проектам.
– Бывают архитекторы с разной творческой судьбой и характером: кто-то активно присутствовал в публичном пространстве, как Щусев, который не только проектировал, но и широко выступал в прессе, – рассказывает директор Музея архитектуры Наталья Шашкова. – А Иванов-Шиц другого склада: это человек удивительной скромности, поэтому наш долг – вернуть в научное и культурное поле его имя.
К счастью, архитектор скрупулёзно собирал все свои чертежи и рисунки, которые по его воле в 1939 году передала на хранение в Музей архитектуры его вдова. Архив оказался очень велик – 2400 единиц хранения.
– Архитектор очень бережно относился к результатам своего труда, сохраняя даже беглые наброски, – рассказывает куратор выставки, хранитель архитектурно-графических фондов XVIII–XIX вв. Музея архитектуры Татьяна Иванова. – В квартире на Никитском бульваре, где он проживал в последние годы, по воспоминанию наследников, вся комната была просто завалена документами, не было ни одного свободного стула. Модели, чертежи – всё это было в его квартире.
"Архитектор всю жизнь посвятил созданию прекрасного, не оставив о себе и своём творчестве никаких мемуаров или рукописей, но зато сохранил для истории своё графическое наследие. Колоссальный фонд архитектора отличается не только масштабами, но и художественной ценностью. Соприкосновение с рукотворной графикой мастера позволяет лучше понять его архитектурные идеи. Как неизвестные и нереализованные, так и воплощённые замыслы Иванова-Шица предстают в новом свете. Природная одарённость мастера проявилась не только в архитектуре, но и в области декоративно-прикладного искусства, графического, иллюстративного и предметного дизайна. Наиболее точно характеризующая работы архитектора фраза была им самим начертана на портале зрительного зала Купеческого клуба как его кредо: Pulchro delectemur – "прекрасное восхищает". Татьяна Иванова, куратор выставки
Талант Иванова-Шица был, по определению музейщиков, всеобъемлющий: он виртуозно проектировал крупные градостроительные проекты, вроде Морозовской и Солдатёнковской больниц, сам рисовал весь дизайн интерьеров к ним, от осветительных приборов до мебели, занимался даже ювелирными украшениями и рисовал иллюстрации для книг и журналов. Его дарование заметили ещё в Петербургском институте гражданских инженеров, где его работы неоднократно признавались лучшими на курсе и где по окончании обучения он получил золотую медаль, а его имя было занесено на мраморную доску в актовом зале. Интересно, что его сокурсник и друг Лев Кекушев, гораздо более известный сегодня, был удостоен лишь серебряной награды. После института друзья не расстались – вместе сделали, например, проект богадельни имени Геера на Верхней Красносельской улице.
В 1890 году Илларион Иванов-Шиц занял должность участкового архитектора в Московской городской управе, затем возглавил там архитектурное отделение, а потом стал там членом Технического совета, отвечавшего за рассмотрение архитектурных проектов в городе. В управе он прослужил почти полвека, создав всё то, что мы видим в столице и сегодня. По его проектам строились крупные больницы, богадельни, приюты, здания учебных, зрелищных и научно-просветительских заведений. Колоссальный опыт, талантливая и оригинальная разработка проектов с тщательной продуманностью деталей создали архитектору огромный авторитет в профессиональной среде. Это позволило ему продолжить активную деятельность и после 1917 года. Зодчему поручались наиболее ответственные и сложные задания.
Несмотря на относительную забытость, творческая судьба архитектора при его жизни сложилась очень удачно: на выставке разместили карту столицы с обозначением его сохранившихся, утраченных и не реализованных построек, из которой видно, что оставшееся на бумаге составляет лишь одну десятую от всего им придуманного. Рисунки фасадов и интерьеров Иванова-Шица – настоящий путеводитель по архитектурным стилям конца XIX – начала ХХ века и ответвлениям стиля модерн: он начинает свой творческий путь с построек в стиле неогрек, в чертеже особняке купца Терентьева видно его увлечение ар-нуво, а после поездки в столицу Австрии Илларион Александрович не единожды отдаст дань достижениями Венского сецессиона – например, в проектах Купеческого клуба и Московской государственной сберегательной кассы.
Слом эпох, которому архитектор стал свидетелем, прослеживается в его рисунках и чертежах: вот в 1894 году по его совместному с Кекушевым проекту на Каланчёвской площади сооружают павильон для встречи траурного поезда с гробом императора Александра III, через три года на Ваганьковом кладбище появляется монумент Иванова-Шица в память о жертвах Ходынской трагедии, а почти через сорок лет, в 1934 году, он станет первым из архитекторов, получившим от советской власти орден – за реконструкцию Андреевского и Александровского залов Большого Кремлёвского дворца его удостоили ордена Ленина.
Рисунок последних лет и дней жизни Иванова-Шица был тоже спроектирован им самим. Он умер на работе, на пороге своей мастерской в одном из корпусов проектного бюро Лечебно-санитарного управления Кремля на Воздвиженке, здание которого было спроектировано им же. Напротив поднимались леса строящейся Библиотеки имени Ленина и стоял особняк Талызиных, где через 8 лет после смерти архитектора откроется музей, которому он завещал свой архив и где сейчас показывают нарисованную им историю его жизни.
Сохранившиеся в Москве здания, построенные по проектам И. А. Иванова-Шица
Московское Купеческое собрание (Малая Дмитровка, 6)
Знаковой и наиболее известной постройкой архитектора в ряду общественных зданий и зрелищных пространств стало здание Московского купеческого собрания (Купеческий клуб) на Малой Дмитровке. В его внешнем виде ярко воплотилось характерное для архитектора в те годы сочетание приёмов неоклассицизма и модерна. Оформление интерьеров клуба стало одной из вершин творчества Иванова-Шица. Наиболее ярко кредо архитектора можно описать словами, некогда высеченными на латыни на портале зрительного зала купеческого клуба: "Прекрасное восхищает".
Московская государственная сберегательная касса (Рахмановский пер., 3, стр. 1)
Архитектор разработал проект в стиле Венского сецессиона, вдохновившись посещением австрийской столицы. За труды по сооружению здания он был удостоен ордена Святой Анны III степени.
Торговый дом А. С. Хомякова (Петровка, 3, стр. 2)
В 1898 году Иванов-Шиц и Максим Геппенер разработали масштабный проект перестройки владения известного поэта, богослова и философа Алексея Степановича Хомякова. Однако заказчик принял к реализации только четырёхэтажный торговый с квартирами дом на углу Петровки и Кузнецкого Моста. В ходе дальнейшей проработки проекта первоначальный замысел изменился под влиянием новейших тенденций, связанных с утверждением стиля модерн. В настоящее время облик здания искажён надстройкой двух этажей.
Кремлёвская больница с поликлиникой Лечсанупра Кремля (Воздвиженка, 6)
В последние годы своей профессиональной деятельности архитектор сконцентрировался на важнейших проектах Лечебно-санитарного управления Кремля (Лечсанупр Кремля), в штате которого он состоял с начала 1930-х годов. Соавтором выступал его талантливый ученик Николай Гофман-Пылаев. Проектное бюро располагалось в одном из корпусов Кремлёвской больницы на Воздвиженке. Это был первый в СССР образцовый больнично-поликлинический комплекс, созданный по централизованной схеме при непосредственном участии Иванова-Шица.
Хирургический корпус больницы имени Л. Ф. Гельмгольца (Садовая-Черногрязская, 14/19, к. 2)
Городской народный университет им. А. Л. Шанявского (Миусская площадь, 6, стр. 7)
Для этого здания Иванов-Шиц разработал оформление экстерьера и интерьеров, основанных на строгих формах неоклассицизма с отдельными элементами модерна. Благодаря выверенным пропорциям и изысканному внешнему облику, постройка гармонично дополнила ансамбль в Миусской площади. В 1914 году здание университета было удостоено серебряной медали за красоту фасадов на конкурсе, организованном архитектурно-техническим советом при Московской городской управе. В конце 1920-х годов архитектор разработал оставшийся нереализованным проект расширения университета, предусматривавший возведение многофункционального комплекса зданий с общежитием.
Городская детская больница имени В. Е. Морозова (4-й Добрынинский пер., 1)
В 1898 году известный меценат Алексей Морозов пожертвовал городу часть капитала своего отца на строительство детской больницы на 150 кроватей. В связи с потребностью города программа больницы была значительно расширена. В основу планировки легла павильонная система, предполагавшая размещение отделений в разных корпусах во избежание возникновения перекрёстной инфекции. Больница была выстроена на 340 кроватей.
