Об этом я решила поговорить с преподавателем русского языка и литературы — профессором, доктором филологических наук Красовской Нелли Александровной. Она работает в ТГПУ им. Л. Н. Толстого. Именно у неё я однажды защищала курсовую — и она поставила мне тройку, сказав, что я списала (я действительно скачала работу из Интернета).
Нелли Александровна рассказала, что относится к предложению Общественной палаты положительно.
— Мы сейчас в полной засаде. Искусственный интеллект "вылезает" даже там, где, казалось бы, "вылезать" не должен. Например, есть стандартные научные фразы вроде "было рассмотрено" или "целью является" — без них не обходится ни один научный текст. Но наш антиплагиат определяет это всё как генерацию ИИ. Мы пока не понимаем, как с этим бороться. Тот, кто реально пишет сам, и тот, кто списывает, попадают в одно прокрустово ложе. Те, кто владеет сложными синтаксическими конструкциями, практически в один голос заявляют, что боятся их использовать, чтобы не попасть под подозрение. В общем, пока всё очень странно.
Красовская подчеркнула, что пока нет ни нормативно-правовой базы, ни чёткого понимания того, как процент оригинальности должен сочетаться с ИИ.
— Сегодня как раз обсуждали это с деканом факультета — проблема действительно существует. Так что да: нужны устный экзамен и защита реальных проектов. Ты можешь готовиться хоть год, но потом будь добр представить результат: научный доклад (как на защите диссертации), часть урока или любой другой проект. Как ты готовился, где брал данные, с кем советовался — это твои проблемы. Но если ты просто сгенерировал текст нейросетью и ничего в этом не понимаешь — ты провалишься на первом же вопросе, — резюмирует она. — А вот то, чему ты реально научился, мы хоть как-то сможем увидеть. Других вариантов я просто не вижу.
Стоит отметить, что рост использования ИИ в академической среде уже приводит к реальным проблемам. Один из показательных случаев – недавняя история, когда студентка отсудила компенсацию у вуза за отчисление: её дипломную работу якобы написала нейросеть. Изначально антиплагиат показал 41,9% текста, сгенерированного ИИ. После доработки и правок этот показатель снизился до 11,9%, однако университет всё равно не допустил студентку к защите. При этом преподаватели не смогли внятно объяснить, почему одни и те же фрагменты работы в разных отчётах получили разную оценку. Суд встал на сторону студентки, обязав вуз выплатить компенсацию и указав на неясность и непоследовательность системы проверок.
А КАК У НИХ?
США: не учитель, а гид
Америка движется сразу в двух направлениях: одни штаты создают "школы будущего", другие регулируют правила использования ИИ. Так, в 2025–2026 учебном году в Колорадо запустили эксперимент AI-Powered Schools. Студенты посещают занятия всего два часа в день, а ИИ отвечает за персонализированное обучение с помощью адаптивных приложений. Вместо учителей в школе работают "гиды" — люди, которые фокусируются на наставничестве и эмоциональном развитии, дополняя возможности ИИ.
В Теннесси и Оклахоме законодатели мыслят иначе. Они делают ИИ легальным инструментом, которому нужно учить. В Теннесси школы обязаны публиковать политику использования ИИ: ученики должны точно знать, где можно применять ChatGPT, а где нет. В Оклахоме с 2026–2027 учебного года вводится обязательное обучение ИИ (от этики до программирования).
Греция: строгий запрет
Греция одной из первых в Европе ввела национальные правила в сфере искусственного интеллекта. Нейросети здесь можно использовать как репетитора или для генерации идей. Работы, выполненные без указания использования ИИ или полностью сгенерированные нейросетями, считаются плагиатом.
Австралия: можно, но раскрой карты
Местные университеты поняли, что бороться с ИИ бесполезно, и официально признали: ИИ — это легальный соавтор. Студентам Сиднейского университета (University of Sydney) разрешено пользоваться нейросетями при подготовке дипломных работ. Это не считается плагиатом. Главное условие — приложить к диплому "переписку" с нейросетью, чтобы показать ход мысли.
Япония: это не обман
В некоторых японских университетах (Aizu, Tsukuba) признали, что без ИИ некоторые студенты (с СДВГ, языковым барьером) не справятся. Здесь ИИ используют как "костыль" или "переводчик мыслей в текст" — и это считается инклюзивной мерой, а не "списыванием".