Термин "русский импрессионизм" появился в искусствоведческой практике в 1930-е годы. У большинства слово "импрессионизм" ассоциируется с живописной манерой Клода Моне, хотя это понятие не ограничивается только особенностями передачи световоздушной среды. В Серпуховском историко-художественном музее решили рассказать, какие ещё особенности французской школы живописи переняли русские живописцы.
– Прежде всего идеи французских художников заставили их посмотреть немного иначе на свои излюбленные темы, – рассказывает куратор выставки Мария Трошина. – Например, если в описаниях сельской жизни передвижники интересовались социальным подтекстом и сюжетностью, то импрессионистское влияние сделало главной для художников красоту и поэтику сельского быта. Крестьянский труд теперь показан не как тяжёлое бремя, а как источник радости.
Когда говорят о русских импрессионистах, то имеют в виду прежде всего пейзаж. Этот жанр в русской живописи конца XIX века стал ведущим и превратился в средство выражения целого ряда идей – от эстетических до патриотических. После того как Алексей Саврасов в 1857 году основал в Московском училище живописи, ваяния и зодчества пейзажный класс, там начали учиться молодые живописцы, в частности, Левитан и Коровин. Они работали преимущественно на пленэре, поскольку Саврасов не разрешал писать пейзажи по памяти. Пансионерские поездки во Францию и знакомство с современной живописью только подтолкнули развитие отечественного "пейзажа настроения", в котором природа становится средством передачи человеческих эмоций.
Умение зафиксировать мимолётные краски и игру света можно назвать одной из характерных черт русских импрессионистов. Такова весна в картинах Саврасова и Левитана – символ обновления и любви к жизни, а не просто тающий снег и распутица. А такой многообразной и многокрасочной зимы, как у русских импрессионистов, нет в палитре ни у одного живописца мира (хотя, конечно, и зимы такой нет нигде). Так, художник Константин Вещилов с умением писать ни на что не похожую русскую зиму покорил своими пейзажами Америку, куда он эмигрировал после Октябрьской революции. А Сергей Иванов, мастер картин на сюжеты из русской истории XVII века, специально ради зимних пейзажей даже построил себе в подмосковной деревне Свистуха мастерскую на санях, на которых рассекал по сугробам с мольбертом и красками.
В отличие от французских импрессионистов, русские художники добились виртуозного умения писать тёмными, неброскими красками. Художник Пётр Петровичев достиг в этом такого мастерства, что, работая в одной гамме, умел передавать оттенки совсем других красок: например, кажущиеся розовыми на его картине "Посёлок" крыши домов на самом деле нарисованы оттенками коричневого.
Но яркие краски из палитр русских импрессионистов, конечно, никуда не делись. После того как Левитан написал в Тверской губернии свою "Золотую осень", эти места стали местом паломничества нескольких поколений отечественных художников. Один из его любимых учеников, Станислав Жуковский, пишет яркую осень не хуже своего учителя, а Пётр Петровичев – голубую гладь реки и покрытые золотом деревья на её берегах. Или вот написанная яркой пастелью "Крестьянская девушка" Абрама Архипова. Эта работа — настоящая квинтэссенция импрессионистских приёмов: широкие мазки, яркие цвета и отсутствие сюжета — художник просто передаёт радость от созерцания своей героини.
Русские импрессионисты переосмыслили не только пейзаж, но и тему русской усадьбы, которая из аристократического гнезда превратилась в место для творчества. Усадебная жизнь стала ещё одной важной вехой в истории русского импрессионизма — её мотивы мы видим на картинах Василия Поленова и Валентина Серова. В усадьбе творил Поленов и члены его семьи, больше 12 лет прожил в усадьбе Дугино в Тверской губернии Игорь Грабарь — она, кстати, принадлежала художнику-самоучке Николаю Мещерину, который писал настоящие пуантилистские пейзажи. Отсутствие системного художественного образования давало ему смелость замахиваться на самые разные эксперименты в живописи, включая импрессионистские: вот его виртуозная работа в стиле Моне, выполненная гуашью.
Увлечение импрессионизмом не обошло и русских авангардистов: например, Давид Бурлюк написал немало прекрасных пастозных пейзажей, а Казимир Малевич даже называл себя бывшим импрессионистом, хотя в это мало кто мог поверить.
Даже в жанр натюрморта русские импрессионисты вписали новые настроения: цветы и предметы у них размещены на фоне пейзажа – например, на подоконнике, за которым раскрываются окружающие виды, как на картине Константина Юона "Васильки".
Абсолютно оригинальной темой русских импрессионистов стала древнерусская архитектура и древнерусский город. Художники отправились по средневековым городам, чтобы запечатлеть их уникальный колорит. Их привлекало слияние городской жизни с природой, что характерно для провинциальных русских поселений. Так появились многоуровневые композиции Константина Юона, Игоря Грабаря и Константина Горбатова с широкой перспективой и панорамным размахом. Благодаря русским импрессионистам появился хрестоматийный образ русского города с куполами церквей, гуляньями и зимой как выражением национального духа – одновременно красочного и стойкого.
Осматривая картины русских импрессионистов, постепенно понимаешь, что само по себе слово "импрессионизм" вряд ли определяет то, что в итоге представляли из себя работы русских живописцев конца XIX – начала ХХ века. На афише выставки — работа Ивана Куликова "За водой", на которой крестьянские девушки идут с коромыслами по зимней дороге. Она действительно чётко передаёт мимолётное впечатление художника, как и положено импрессионистскому полотну, но при этом ломает рамки направления своей монументальной формой и налётом историзма, что не было характерным для живописи европейского модернизма. Русские импрессионисты просто хотели быть самими собой — что в искусстве едва ли не самое главное.