Долгое время даже среди учёных бытовало мнение, будто в Средние века на Руси грамотность была достоянием элиты, обычные люди читать и писать не умели. Но этот стереотип убедительно опровергают всё новые артефакты, которые археологи раскапывают на улицах Москвы и в её окрестностях.
— Первыми доказательствами того, что простой народ не был дремучим, стали новгородские берестяные грамоты, — рассказывает Metro завсектором отдела "Археология" Музея Москвы Екатерина Святицкая. — Однако большое количество надписей мы находим на разных предметах — с начала истории Московского края.
Самые древние вещицы с надписями — два шиферных пряслица (утяжелители для веретена) XII века. На них пока нет букв, но есть солярная символика. Так девушки помечали свои орудия труда, чтобы не перепутать их на посиделках.
— В наших местах встречаются и пряслица с инициалами или целыми именами, — отмечает Святицкая.
"Ровесник" пряслиц — кусочек доски с нацарапанным на нём изображением святого.
— Автор рисунка — мальчик лет семи-восьми, жил в конце XII — начале XIII века на территории современного Подмосковья, в городище Ростиславль Рязанский. Вероятно, отрок был сыном мастера, который делал образки. От доски отломился уголок, художник отдал испорченную заготовку ребёнку, и тот в меру своего умения нарисовал святого, а рядом гору Голгофу — всё по правилам иконописи. Это похоже на творчество новгородского мальчика Онфима, который оставил нам свои записи на бересте.
Скорее всего, московский современник Онфима тоже умел писать, поскольку мелкие детали на иконке процарапаны с большой аккуратностью. Также о грамотности людей в ту пору свидетельствует фрагмент венчика от кувшина с буквой "б", найденный неподалёку от иконки.
Представители среднего класса на Руси вообще подписывали вещи много и охотно: кувшины, бочки и кубышки помечали ремесленники и торговцы, чтобы не перепутать свою тару с чужой, оставляя товар на складе. Личную посуду маркировали те, кто жил общиной. Особенно много именных мисок и горшков нашлось в Новодевичьем монастыре.
— Новодевичий был элитарной обителью — сюда отправлялись вдовые государыни, родственницы царской семьи. Посуда у насельниц была "эксклюзивная" — и они помечали её инициалами, — рассказывает Екатерина Святицкая.
Самый занятный артефакт — передняя часть кожаного детского сапога с буквами "и", "в", "а".
— Мальчик Иван, живший в XVI веке, вероятно, решил нацарапать своё имя на ценном имуществе, чтобы, например, сапоги "случайно" не надел младший брат, — рассказывает эксперт. — Его застукала мама, отобрала писало и запретила портить дорогую обувь. Может, отвесила подзатыльник. Но будем надеяться, что нет.