Звезда "Шугара" рассказал о втором сезоне сериала о человечном детективе

Начался показ второго сезона сериала "Шугар" о детективе Джоне Шугаре, специализирующемся на розыске пропавших. Metro поговорило с исполнителем главной роли Колином Фарреллом
Звезда "Шугара" рассказал о втором сезоне сериала о человечном детективе
Metro
Колин Фаррелл отвечает на вопросы о втором сезоне "Шугара"

Что больше всего поражает в Джоне Шугаре, так это его глубокая человечность. Вас тоже привлекла эта его черта?

– Когда я прочитал сценарий, то сразу понял, что в центре истории замечательный персонаж. Мне нравятся элементы жанра, неонуарный тон, костюмы, машина, голливудские улицы, вся эта эстетика. Но что меня действительно очаровало, так это его порядочность. Шугар живёт в среде, где царит насилие, и всё же он старается действовать с добротой. Это показалось мне чем-то необыкновенным.

Что вас больше всего привлекло во втором сезоне?

— То, что в нём мой герой остаётся верен себе и своим принципам. Он сталкивается со сложными ситуациями, внутренними конфликтами, тёмными сторонами своей личности, но это его не останавливает, потому что он всегда стремится к чему-то лучшему. Наверное, невозможно оставаться идеально порядочным во всех ситуациях, но стремление к этому уже само по себе ценно.

После таких мрачных персонажей, как Пингвин, каково это — вернуться к роли Шугара?

— Это был подарок. Хотя я и не "уносил домой" этих персонажей с собой со съёмок, работа в течение нескольких месяцев над ролью такого токсичного персонажа, как Пингвин, отнимала много сил. Шугар — совсем другое дело. Ежедневные походы на съёмочную площадку, где ты играешь человека, движимого сочувствием, это очень позитивный опыт.

Хотели бы вы продолжить участие в этом сериале?

— Безусловно. Я бы подписал контракт прямо сейчас ещё на три сезона. Мне бы очень хотелось увидеть, кем станет Шугар через пять лет. Мы ведь понятия не имеем, куда жизнь может завести нас дальше.

Сериал предлагает очень гуманистический взгляд на Лос-Анджелес и проблемы мигрантов.

— Это и было целью. Речь не идёт о политическом анализе. Сериал наблюдает за людьми с любопытством и сочувствием. Сценаристы исследуют реалии жизни в Лос-Анджелесе, и мигранты — одна из них, но делают это с человеческой точки зрения.

Также одной из тем сериала является одиночество.

— Потому что это часть человеческого опыта. Мы все ищем близких нам по духу людей, но часто так и не находим. Когда я приехал в ЛосАнджелес в начале тысячелетия, мне показалось, что это очень одинокий город. Со временем это изменилось, но чувство одиночества не свойственно какому-либо конкретному городу, оно свойственно человеческой природе.

Вам только что исполнилось 50. Как вы пережили этот момент?

— Я сам удивился, что стал больше размышлять, чем ожидал. Не столько о карьере, сколько о жизни. В этом возрасте осознание неизбежности смерти становится более актуальным. Начинаешь понимать, что путь впереди короче, чем тот, который ты уже прошёл. Но это не что-то грустное. Это реально даже где-то интригующе.

Вы размышляете о том, чего удалось и не удалось достичь?

— Всё реже и реже. Я понял, что цели меняются, когда их достигаешь. Ты приходишь туда, где, казалось, должны быть все ответы, и обнаруживаешь, что это не так. Тогда ты начинаешь искать другое. С годами понимаешь, что, возможно, окончательных ответов нет. Есть только опыт, который ты переживаешь сам с собой и с другими.

Вы неоднократно говорили, что не гордитесь своими более чем двумя десятилетиями трезвости, а скорее испытываете благодарность.

— Именно так. Я знаю людей, которым было гораздо труднее, чем мне, бросить пить, и им не так повезло. Почему же мне повезло? Не знаю. Я не испытываю гордости, я испытываю благодарность. Благодарность за прожитые годы, за людей, которых я встретил, и за предоставленные мне возможности.

Вы из семьи, тесно связанной с футболом, а сейчас идёт чемпионат мира. Остаётся ли футбол по-прежнему вашей главной страстью?

— Безусловно. Чемпионат мира по-прежнему остаётся одним из событий, которые меня больше всего волнуют. Каждые четыре года я испытываю то же волнение, что и в детстве.

Сами сейчас играете?

— Очень мало, к моему стыду. Несколько лет назад я отыграл матч полчаса и испытал огромную радость. Конечно, я утратил свою форму, но ощущение счастья было то же, что и в молодости. Наверное, надо снова начать играть.

В наше непростое время вы делаете акцент на идее порядочности. Почему?

— Потому что она существует. Просто жестокость и жадность привлекают больше внимания. Именно они создают заголовки. Но для поддержания психического здоровья важно помнить, что в мире также много сострадания, внимательности и доброты.