Одна кассета
В начале 1990-х маленький Дима долго уговаривал отца купить ему аудиокассету. В магазине "Досуг" возле "Коломенской" пришлось выбирать: Мадонна или Майкл Джексон. Отец согласился оплатить только одну. Дима выбрал Джексона. На кассете было написано Dangerous. Запись была пиратской, но тогда это не имело никакого значения: дома стоял советский кассетник, а возможность услышать любимого певца в любое время казалась настоящим подарком.
Прошло больше тридцати лет. В московской комнате Дмитрия теперь хранится около 2500 наименований: более двух тысяч компакт-дисков, а также винил, кассеты, книги, журналы и газетные вырезки. В объявлении за всё собрание он просит 50 миллионов рублей. Но когда Metro спросило, какой предмет дороже всего лично ему, Дмитрий не назвал редкий японский промодиск или коллекционный выпуск. Он ответил: "Вы знаете, наверное, эта первая пиратская кассета из детства".
На кухне у семьи стоял трёхкнопочный радиоприёмник. По нему иногда передавали музыкальные программы, в том числе о Майкле Джексоне. Телевидение показывало клипы, которые маленькому зрителю казались настоящими короткометражными фильмами. Позже появились Biz-TV, музыкальные программы на "2×2", радиостанции, а в 1993 году – долгожданная магнитола Sony с FM-приёмником.

– В то время не было Интернета и главными источниками информации было телевидение и радио, а также газеты и журналы. Я очень люблю музыку, поэтому музыкальные радиостанции для меня в то время были как Интернет сегодня, – объясняет Дмитрий.
Но среди всех выделялся именно Майкл Джексон, который привлекал слушателей не одним только звучанием песен. Дмитрий вспоминает голос, постановку клипов и то, что сам человек ему казался необыкновенным.
Салют над "Лужниками" и девочки из Екатеринбурга
В 1993 году Джексон приехал в Москву. Это было феерично, Metro подробно писало об этом. Дмитрий хотел попасть на выступление в "Лужниках", но не смог.
– В 93-м году меня не пустили на концерт, и я стоял, смотрел у окна, как на горизонте над "Лужниками" был концертный салют, – вспоминает он. Удача улыбнулась ему лишь три года спустя.
17 сентября 1996-го Джексон снова выступал в столице – на стадионе "Динамо". На этот раз Дмитрий был среди зрителей. В толпе он познакомился с Ритой и Алёной из Екатеринбурга. Сам он был ещё ребёнком, людей вокруг оказалось так много, что увидеть сцену было трудно. Девушки поднимали его на плечи. Они пытались пробраться ближе, но с каждым метром толпа становилась плотнее.
После концерта знакомство не закончилось. Они переписывались, а новые подруги присылали ему аудиокассеты с ремиксами Джексона: CD-проигрывателя у Дмитрия тогда ещё не было. Так к музыке добавилось то, чего нельзя найти в каталоге, – человеческие связи.
Две коробки счастья на Новом Арбате

Для московского меломана девяностых существовала своя география. У "Арбатской" продавали музыкальные журналы и книги. На "Горбушке" можно было часами искать нужную запись. В магазине на Новом Арбате были каталоги японских дисков – заказать их маленький Дмитрий не мог, слишком дорого. Зато он мог попросить показать то, что есть в наличии.
– Я туда приходил, называл имя певца, и мне доставали две длинные картонные коробки с компакт-дисками Майкла. Было очень здорово копаться в этих коробках с синглами, это была своего рода медитация, – вспоминает коллекционер.
Каждый диск для Дмитрия – не просто запись: это оформление, промоматериалы и отдельная история выпуска. В разных странах могли выходить разные варианты упаковки. Желание услышать любимую музыку постепенно превратилось в желание собрать и сохранить её материальную историю.
– Когда ты ребёнок, ты просто покупаешь, что тебе нравится, искренне, не задумываясь о каких-то вложениях и целях, – говорит Дмитрий. Позже он составил собственный каталог изданий и захотел найти всё, что в нём перечислено.
Покупка в Бразилии, посылка через Америку
В нулевых Дмитрий начал работать и с первой зарплаты подключил Интернет. Зарубежные аукционы открыли возможность искать редкости по всему миру. Особенно его интересовали промодиски – небольшие выпуски для рекламных кампаний, не предназначенные для обычной продажи.
Однажды нужное издание обнаружилось на бразильской торговой площадке. Участвовать в торгах могли только жители страны. Чтобы заполучить диск, Дмитрий нашёл бразильца и договорился, что тот поможет сделать ставку и провести покупку. Другой заказ пришлось отправлять из Венесуэлы в Россию через США: напрямую доставить его тогда, по словам коллекционера, было нельзя.

За этими фразами – десятки переписок с незнакомцами, неудобные правила, ожидание ответов и посылок, договорённости на расстоянии многих тысяч километров. Дмитрий нашёл для своего опыта неожиданное определение: "Я общался с очень большим количеством людей со всего мира, не путешествуя физически".
Со временем он не только покупал, но и продавал диски. Иногда удавалось заработать на удачной партии, хотя почти вся выручка возвращалась в коллекцию: новые находки требовали новых расходов. Многие аукционы Дмитрий проигрывал просто потому, что денег на очередную редкость не хватало.
На первый взгляд два одинаковых альбома – одна и та же вещь. Для коллекционера разница может быть огромной: страна выпуска, тираж, версия записи, оформление и сохранность. Дмитрий особенно ценит нетронутую упаковку и даже оригинальные магазинные наклейки, которые обычный покупатель давно бы сорвал.
Его собрание включает записи разных десятилетий, а также журналы, книги и старые газетные публикации. Дмитрий подчёркивает: коллекция никогда не была неподвижной – что-то пополнялось, что-то продавалось, экземпляры иногда заменялись более сохранными.
Почему всё и сразу
Но теперь коллекционер решил расстаться со своей коллекцией. И не просто распродать её, а лишь всю разом. Покупатели время от времени предлагают Дмитрию продать отдельные редкие диски. Он отказывает. По отдельности это, по его словам, просто предметы. Целиком – коллекция. К тому же распродажа по одному экземпляру заняла бы много времени, а международная торговля сейчас для него осложнилась. Откуда же взялась цена в 50 миллионов?

"Это примерная сумма всех предметов на сегодняшний день. Но цена не статична, и я всегда готов к диалогу о стоимости", – объясняет Дмитрий. Реального заинтересованного покупателя он пока не встретил.
Но самое неожиданное в этой истории не цена. Человек, десятилетиями собиравший каждую новую версию любимой записи, сегодня совершенно спокойно говорит о том, что готов расстаться со всем.
– Мне нравится узнавать и пробовать новое. И смена увлечений требует отпустить старое. Но это старое для меня может быть новым для других, – говорит Дмитрий.
Ни финансовую катастрофу, ни разочарование в Джексоне причиной продажи он не называет. Он объясняет её переменой собственных интересов, желанием двигаться дальше. Для него собрание стало ещё и активом, который можно обратить в другой жизненный проект.
Новый путь
Одно из главных изменений связано с верой. Дмитрий ведёт интернет-журнал Pushkar, где писал о телесном и духовном здоровье. С годами он стал иначе воспринимать и музыку Джексона: некоторые песни слышит как обращение к человеку или молитву. Это его личное прочтение, а не установленный замысел автора.

– Я опираюсь на советы Иисуса Христа, которого я так же очень сильно люблю, как и Майкла, и сейчас даже больше, чем Майкла, – признаётся Дмитрий.
Это не история о том, что одна любовь вытеснила другую. Скорее о человеке, у которого остались воспоминания и музыка, но изменилось представление о том, что следует удерживать рядом с собой.
Дмитрий надеется, что покупатель не разобьёт собрание на отдельные дорогие лоты. Ему нравится мысль о музее Майкла Джексона в Москве: в коллекции нет личных вещей певца, зато есть богатая история музыкальных изданий – целой эпохи, когда музыка существовала не только в наушниках, но и в конвертах, коробках, буклетах, на наклейках и обложках.
– Была бы прекрасная идея сделать первый музей Майкла именно в Москве. И эта коллекция была бы неплохим началом для этого, – говорит он.
А что, если покупатель действительно приедет завтра и предложит нужную сумму? Не захочется ли спрятать хотя бы любимую кассету – ту, из магазина "Досуг"?
– Да, абсолютно, – отвечает Дмитрий на вопрос, готов ли отдать всё. – Буду очень рад за этого приобретателя. Так он получит неплохое наследие, которое сможет расширить, приумножить и развить, если захочет.
