Разгул преступности
В декабре прошлого года в Швеции задержали 12-летнего подростка, которого подозревали в совершении заказного убийства. За него несовершеннолетнему пообещали вознаграждение в размере около 20 тысяч фунтов стерлингов, или порядка два миллиона рублей. И такие новости, кажется, становятся обыденностью для шведского общества.
В разговоре с изданием Financial Times в 2020 году занимавший тогда пост комиссара Национальной полиции Швеции Андерс Тонберг предположил, что насилие со стороны банд может стать "большой проблемой". И теперь его слова можно назвать пророческими. Страна в течение нескольких лет пережила волну перестрелок, нападений с применением гранат и взрывчатых веществ. Особенно в пригородах Стокгольма, Гётеборга и Мальмё – крупнейших городов страны, где проживает большинство иммигрантов.
При этом с 2022 года в Швеции в пять раз выросло число детей, осуждённых за покушения, убийства и кражи, о чём свидетельствуют данные Совета по принудительному уходу (SiS). Летом 2026 года в стране и вовсе планируют открыть первую полноценную тюрьму для несовершеннолетних преступников. Сейчас их содержат в специальных центрах с довольно мягкими условиями.
Главными виновниками роста преступности среди несовершеннолетних считают безработных мигрантов, живущих на пособия, которые вербуют их для краж и убийств. Чаще всего члены этнических банд привлекают к преступлениям во время летних каникул, когда дети играют на улице без присмотра. Возраст новоиспечённых преступников во многих случаях не превышает 10–11 лет. Большинство из них – иммигранты из Северной Африки, с Балкан и Ближнего Востока.
Критика шведских властей
Если закон о снижении уголовной ответственности за тяжкие преступления с 15 до 13 лет будет принят парламентом, он вступит в силу с 3 июля 2026 года. Однако предложение шведского правительства пока что не нашло всеобщей поддержки. Среди противников: шведские прокуроры, защитники прав детей, в том числе ЮНИСЕФ, и глава Службы исполнения наказаний страны Мартин Холмгрен.
"В 13 лет подростки ещё настолько не зрелые, что если они совершают ошибку, то надо разбираться с ними другим способом – например, вовлекая социальные службы или специальные учреждения, а не тюрьмы", – говорил он в сентябре прошлого года.
Ещё одним критиком идеи шведских властей в разговоре с Metro выступила кандидат психологических наук, детский семейный психолог Наталья Искра. По её мнению, ответственность за вовлечение детей в преступность должна ужесточаться для людей, которые их вербуют, используя различные ухищрения.
– С точки зрения возрастной психологии средний ребёнок может предвосхищать последствия своих действий после 12 лет. А дальше начинаются индивидуальные различия, обусловленные социумом, в котором он рос. Однако это вовсе не значит, что нужно уменьшать порог уголовной ответственности, – считает психолог. – Скорее всего, попавший в банду ребёнок будет чем-то куплен: деньгами, славой, романтизацией нахождения в этой банде. В полной мере в этом возрасте ребёнок ещё не может осознать ответственность за преступления.
Ещё одной причиной, почему дети 12–13 лет попадают в банды, является их естественная потребность группироваться в этом возрасте, отметила Искра. И именно эту особенность и нужно использовать для борьбы с подростковой преступностью. А именно – предлагать здоровую альтернативу.
– Группироваться детям положено по возрасту, они не могут без этого. Но будут они собираться в банды или в спортивных секциях или волонтёрских организациях – вот тот выбор взрослых, который может исправить ситуацию в Швеции, – подчеркнула психолог. – И если здоровой альтернативы нет, они это найдут в другом месте.
И более того, как показывает практика, принудительное перевоспитание детей в исправительных учреждениях практически не работает, отметила эксперт. Нахождение в них лишь усугубляет ситуацию.
– Я часто вижу примеры детей, которых переводят в менее хорошие школы из-за неуспеваемости. Например, когда их выгоняют из гимназии, чтобы у школы не было плохих показателей. Такие дети после перевода в учреждение рангом ниже, к сожалению, обычно начинаются учиться ещё хуже, – рассказала Искра. – Что уж говорить о подростках, которых изолируют и помещают среди других преступников. Такая практика чаще всего ведёт не к исправлению, а к совершенно противоположным результатам.