Почти год назад на открытии "Зиларта" заведующий отделом новейших течений Государственного Русского музея Александр Боровский, ставший также художественным консультантом нового музея, рассказывал, что не ожидал, что "Зиларт" будет таким масштабным, и радовался, что он обладает уникальными возможностями для показа современного искусства. Все тогда были под большим впечатлением от трёх первых выставок, составленных на основе частного собрания коллекционеров Андрея и Елизаветы Молчановых — в частности от экспозиции "Шаг с пьедестала: скульптура в реальном пространстве", где собрали громкие имена отечественных художников и скульпторов второй половины ХХ — начала XXI.
Теперь в "Зиларте" имена собирателей Молчановых дополнили имена немецких коллекционеров Петера и Ирене Людвиг, а на смену творениям отечественных художников из Русского музея прибыли шедевры их идейных вдохновителей, первых звёзд мировой художественной сцены в лице Пабло Пикассо, Энди Уорхола, Роя Лихтенштейна, Жан-Мишеля Баския и Джеффа Кунса (и это лишь начало списка).
О коллекционерах Петере и Ирене Людвиг стоит сказать отдельно. Это настоящие легенды мировой арт-сцены, щедрые меценаты и своего рода миссионеры от искусства, которые открыли несколько музеев не только в Европе, постоянно при жизни покупая и передавая произведения в дар. Источником богатства Людвигов был шоколадный концерн Trumpf, вести дела которого помогала и живопись: конфеты бренда давно и прочно присутствуют на российском рынке, в том числе, благодаря давней любви Людвигов к русской культуре. Когда-то Петера потряс русский авангард начала ХХ века, что положило начало огромной коллекции произведений отечественных художников. Картины помогали заходить в высокие кабинеты и продвигать шоколадные дела, а успех в этих делах сулил новые приобретения. В 1990-е годы Людвиги решили передать значительную часть своего собрания современного искусства в Россию. Выбирая место для коллекции между Эрмитажем, Русским музеем и ГМИИ имени А. С. Пушкина, их выбор пал на Русский музей, который смог предоставить самое впечатляющее помещение — Мраморный дворец. Так в музейном каталоге появилось отдельное собрание "Дар Петера и Ирене Людвиг", а Русский музей стал единственным в России, где представлены более 200 классических произведений мирового искусства второй половины ХХ века.
В "Зиларт" впервые привезли часть этой коллекции, причём весьма значительную, более 100 работ, и генеральный директор Русского музея Алла Манилова не жалела на открытии выставки эпитетов, описывая подведомственные ей сокровища.
— Эта коллекция презентует абсолютно все важнейшие направления в мировом изобразительном искусстве второй половины ХХ века, — рассказала Алла Юрьевна. — Это уникальный случай — одна коллекция и все направления художественных поисков эпохи. Собрание Людвигов состоит исключительно из шедевров первого ряда. Мы никогда не презентовали его нигде в таком объёме, поэтому показ в "Зиларте" – это уникальный случай, первая презентация этой феноменальной, фантастической по художественному уровню и ценности коллекции.
Собирая работы художников, Людвиги стремились сделать своеобразный слепок эпохи, впервые обратив внимание на то, в чём современные им представители западного арт-рынка не видели особой ценности – на восточноевропейских и кубинских художников, а также сначала на советское официальное, а потом и неофициальное искусство. Петер Людвиг обладал уникальным искусствоведческим чутьём: время подтвердило ценность собранных меценатами имён. Поэтому выставка в "Зиларте" представляет из себя настоящий словарь современного искусства ХХ века – сюда можно водить начинающих историков живописи для изучения параграфов в учебниках на наглядных примерах. Экспозиция поделена на художественные течения ХХ века и важнейшие для художников этого времени объекты размышления: поп-арт, неоэкспрессионизм и гиперреализм соседствуют с понятиями абстракции, концепции и искусством про искусство.
Выставку открывают работы двух тяжеловесов в мире живописи — Пабло Пикассо и Энди Уорхола. В начале экспозиции на зрителя смотрит собственно сам Петер Людвиг — его портрет выполнен в фирменной уорхоловской технике цветной шелкографии. Эта картина одновременно напоминает о том, что поп-арт, представителем которого Уорхол и был, положил начало вообще всей коллекции современного искусства Людвигов. А присутствие самого Пикассо в самом начале экспозиции обозначает точку отсчёта для всего, что мы увидим дальше, и будто предупреждает о размерах собранных на выставке звёзд.
Даже отсутствие знания, например, об именах немецкого неоэкспрессионизма не способно уменьшить впечатление от собранных Людвигами работ. Они, видимо, хорошо усвоили главный закон восприятия живописи: на неё должно быть интересно смотреть. Поэтому, казалось бы, не имеющие ничего общего между собой абстрактные рефлексии участников Лейпцигской школы живописи и произведения московских концептуалистов становятся участниками единого сюжета, где погибшие космонавты Александра Ситникова встречаются с членами тайного афрокубинского братства художницы Белкис Айон.
— Московский зритель, уверена, будет потрясён масштабом и цельностью коллекции, — говорит Алла Манилова. — Непосредственный, живой контакт с большим массивом произведений, отобранных великими коллекционерами с любовью и пониманием, обещает особый эмоциональный отклик.
Что можно увидеть на выставке
Картина относится к позднему периоду творчества мастера: здесь соединились его кубистические эксперименты и сюрреалистические находки. Пикассо часто говорил, что пишет не то, что видит, а то, о чём думает, так что в этой картине отразились размышления о взломанном сознании и растерзанном мире.
Эта работа – плод совместного творчества двух художников, начатого по инициативе швейцарского галериста Бруно Бишофбергера: авторы поочерёдно работали над одними и теми же холстами. Баския и Уорхол создали вместе около 160 произведений. На этой картине Уорхол написал стейки, которые отсылают к его любимому обществу потребления, а Баския – маски и черепа, напоминающие о его постоянных темах – городской субкультуре и афрокарибской мифологии.
Джефф Кунс – один из самых коммерчески успешных авторов современности. Для изготовления этих деревянных ангелов художник привлёк резчиков по дереву из Южной Германии. Херувимы притворяются произведениями церковной барочной скульптуры, но один из них держит в руках голубого плюшевого мишку, что меняет смысл всей композиции. Получился образ масскульта, где средневековый религиозный образ и дешёвая детская игрушка уравнялись в ценности как одинаковые объекты потребления.
Зигхард Гилле – выдающийся представитель Лейпцигской школы живописи. Объектами его художественного анализа стали общество потребления и его элиты. Сальвадор Дали и Гала добились успеха, сделав публичным произведением искусства свою жизнь. Гилле посмотрел на них беспристрастно и без идеализации, как на двух обычных стариков, лишённых ореола созданного ими мифа.
Эта работа примечательна своим материалом: она создана из разрезанных на станке на тонкие гофрированные полосы рекламных плакатов. Данную технику художник открыл для себя в 1960-е годы и уже не изменял ей всю жизнь. Произведения Павлоса граничат между живописью и скульптурой, а цвет рождается из структуры бумаги.
Автор "Голого завтрака" переносил в свою живопись те же деконструкторские приёмы, которыми пользовался в литературе. Задавшись целью разрушить само по себе понятие картины с её традиционными составляющими в виде холста, краски, прямоугольной формы и рамы, он нашёл повреждённую пилой неровную доску и после того, как закрасил её, ещё и расстрелял из дробовика. И хотя в стремлении разрушить привычные формы Берроуз наносил краску на обе стороны своего произведения, всё равно полностью избавиться от привычных законов восприятия живописи ему не удалось.
Один из ведущих художников-нонконформистов, Владимир Янкилевский часто включал в живописные произведения реальные предметы и муляжи. Движение вагона в метро – это и движение человека по жизни, и поток времени, и воспоминание об ушедшем.