В России впервые провели сложнейшую операцию на сердце – в мире их почти не делают

В новосибирском Центре Мешалкина провели уникальную операцию на сердце молодой пациентки. Таких операций в РФ не делали, в мире – только дважды
Врач Равиль Шарифулин – один из участников уникальной операции.
Пресс-служба НМИЦ им. ак. Е.Н. Мешалкина

Операция длилась 7 часов. Это время с подачи наркоза до транспортировки пациентки в реанимацию. 

Кардиохирурги удалили девушке поражённый аортальный клапан сердца, поставив на его место клапан лёгочной артерии, который заимствовали у неё же. Операцию проводили через 6-сантиметровый разрез, что требовало от врачей ювелирной точности и владения современными средствами малоинвазивной хирургии.

Александр Богачёв-Прокофьев готовится к операции.
Пресс-служба НМИЦ им. ак. Е.Н. Мешалкина

– Пациентка уже выписана, она в хорошем состоянии, – рассказали Metro в пресс-службе Центра. – Виделись несколько дней назад. Уже уехала в Братск (Иркутская область). У неё был врождённый порок, который долго не проявлялся – до первой беременности. Вынашивая ребёнка, почувствовала первые признаки недомогания. Появились одышка, трепетание в грудной клетке, повышенная утомляемость. Ей было тяжело подняться самой даже на несколько этажей. Она обратилась за консультацией к врачам по месту жительства. Её отправили в местный кардиоцентр, где порекомендовали протезирование клапана, что значительно влияет на качество жизни пациента столь молодого возраста. Девушка не согласилась, узнав, что в её состоянии предпочтительно сделать процедуру Росса. В Иркутске подобные операции не делали, ей рекомендовали отправиться в Новосибирск. Так она попала к нам на лечение. Оперировали уже после родов, ребёнок подрос.

В норме аортальный клапан, с которым у девушки возникли проблемы, имеет три створки. Они обеспечивают одностороннее движение крови из сердца в аорту. У пациентки имелась редкая врождённая аномалия – клапан был одностворчатый. Со временем нарастал стеноз аортального клапана – частично сужался его просвет, что провоцировало затруднение оттока крови в аорту, которая снабжает кровью весь организм. Вот почему возникла нужда в операции.

Пациентке было показано протезирование поражённого аортального клапана сердца. Однако механические и биологические протезы, к сожалению, не могут приблизиться к функциональным и физиологическим параметрам, которые соответствуют норме. Имплантация механического протеза повлияла бы на качество жизни девушки: она была бы ограничена в физической активности, нуждалась бы в пожизненной антикоагулянтной терапии.
Директор института патологии кровообращения НМИЦ имени Мешалкина Александр Богачёв-Прокофьев

Кардиохирурги учли, что пациентка молода и хочет ещё детей (при антикоагулянтной терапии могут возникнуть сложности), и решились выполнить процедуру Росса. Её суть заключается в том, что поражённый аортальный клапан заменяют идентичным по строению и физиологии клапаном лёгочной артерии пациента (называется аутографт). Он обладает хорошими гемодинамическими характеристиками, функционирует долгое время, устойчив к инфекции, отсутствует риск осложнений, связанных с тромбоэмболией. По сути, пациент возвращается к полноценной жизни. 

По словам Богачёва-Прокофьева, у пациентки забрали лёгочный клапан, погрузив его в синтетический сосудистый протез, – так было исключено расширение корня аорты. Затем его имплантировали на место поражённого клапана. А на место использованного лёгочного клапана поставили гомографт – специально обработанный имплант, забранный у донора. Специфика операции заключалась в том, что её выполняли через 6-сантиметровый доступ.

Богачёв-Прокофьев оперирует.
Пресс-служба НМИЦ им. ак. Е.Н. Мешалкина

– Это стало щадящей альтернативой стандартному срединному доступу, заключающемуся в рассечении грудины от 18 до 20 сантиметров, – пояснил Богачёв-Прокофьев.

Процедура Росса – эффективный метод лечения таких недугов, но она редко применяется. Это связано со сложностью операции и узким спектром показаний.

Мнение эксперта

– Применение малоинвазивных оперативных доступов – важнейший тренд современной хирургии, – рассказал Metro научный сотрудник лаборатории анализа показателей здоровья населения и цифровизации здравоохранения МФТИ Давид Наимзада. – Большая часть операций в абдоминальной, торакальной хирургии уже проводится с использованием малотравматичных доступов. Кардиохирургические же операции до сих пор ассоциируются с необходимостью рассечения рёберных хрящей или даже всей грудины. Использование мини-доступов успешно входит в постоянную практику кардиохирургических отделений в России.